Публикации

Тема 3.15. Пределы действия права

3.15.1. Пределы действия права: введение.

Определение пределов действия права имеет большое значение для юридической практики. Ибо любой правовой акт имеет определенные ограничения своего действия как во времени, так и в пространстве, а также по кругу лиц. Не случайно уже древнеримские юристы указывали: quaelibet jirisdictio cancellos suos habet - каждая юрисдикция имеет свои границы.

Во внутригосударственном праве этот вопрос особенно актуален для стран континентальной семьи права, в которых законодательное (нормативно-правовое) регулирование имеет, безусловно, доминирующее значение.

Что касается англосаксонской правовой семьи, то в соответствующих странах этот вопрос также важен в той сфере, где правовое регулирование осуществляется статутным правом, т.е. нормативно-правовыми актами.

Хотя в определенной мере установление пределов действия судебного прецедента также значимо: может ли он быть применен ко впоследствии возникшему делу в силу предметного их сходства, распространения его действия за пределы непосредственной территориальной юрисдикции, скажем, английского прецедентного права (что не исключалось в практике ряда стран) и т.д.

Определение пределов действия норм международного права также очень важно, в особенности установление пространственных ограничений его действия. Хотя важны и «временные» нормы. Порой бывает очень важным четкое определение применимости норм международного права к определенным его субъектам.

Одновременно следует иметь в виду, что есть специфика в этом вопросе и тогда, когда речь идет о действии обычных норм права. Это касается как внутригосударственного, так и права международного в особенности.

3.15.2. Действие права во времени.

Понимание проблемы изменений права во времени древнеримскими юристами зафиксировано в следующем утверждении: tempora mutantur et leges mutantur in illis - времена меняются и законы меняются вместе с ними.

Однако при более конкретном уяснении этого вопроса следует обратить внимание по меньшей мере на четыре момента: а) время вступления правового акта в юридическую силу; б) момент утраты им законной силы; в) пределы применения этого правового акта к отношениям, возникшим до его вступления в силу; г) возможности применения правового акта после утраты им юридической силы.

Значимость установления точного срока вступления правовой нормы в силу велика в силу того, что именно с этого момента ее предписания становятся обязательными к исполнению. Что касается права внутригосударственного, то вступление правового акта в силу происходит в порядке и сроки, определяемые законодательством соответствующего государства (в РФ, например, это определяется ФЗ от 14.06.94 «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных конституционных законов, федеральных законов, актов Палат Федерального Собрания»).

Из практики различных государств мира можно сделать вывод о нескольких наиболее распространенных правилах вступления в силу нормативных актов. 1.В соответствии с обстоятельствами, указанными в самом акте («с момента подписания Президентом», «с момента опубликования» и т.п.).

  1. В соответствии с конкретной датой, указанной в акте («с 1 января года, следующего за принятием», «по истечении 6 месяцев после принятия» и т.д.).
  2. В соответствии с общими правилами, нормативно установленными в той или иной стране и без конкретизации применительно к данному акту (так, в РФ таким общим сроком для законов является- 10 дней, а для подзаконного акта Президента и Правительства РФ 7-дневный срок после официального опубликования).

Важным моментом, как правило, является официальное опубликование, а иногда и регистрация (для актов ведомств) правового акта в уполномоченном государственном органе (в РФ в Министерстве юстиции). Без этого акты, влияющие на правовой статус физических и юридических лиц, не подлежат применению.

Срок вступления в силу международного договора определяется им самим (допустим, «после ратификации 15 государствами» / Если договор не предусматривает ратификацию /или иное утверждение) государствами-участниками (что характерно для межправительственных - а не межгосударственных - договоров), то он вступает в силу с момента подписания.

И для внутригосударственных и международно-правовых актов возможны случаи вступления их в силу не полностью, а в части (так, часть 1 ГК РФ с 01.01.95 г. вступила в силу, за исключением главы 17, регулирующей земельные отношения).

Сложнее обстоит дело с определением срока вступления в силу обычной правовой нормы. Зачастую установление точного момента (скажем, дня или даже месяца и года) его возникновения не представляется возможным. За небольшим исключением, характерным для стран т.н. обычного (традиционного) права, к которым принадлежат государства экваториальной Африки, Мадагаскара, где обычай - значительнейший источник права. Здесь в некоторых странах осуществляется систематизация обычаев, включение их в некие своды и т.д. В этом случае с момента официального издания подобного свода актов существование обычая становится доказанным, ибо очевидно его признание государством в качестве действительно общеобязательного регулятора общественных отношений, т.е. правовой нормы.

В странах континентальной семьи права момент вступления обычая в силу может быть связан, например, с признанием его в правовом акте (например, в СССР в Кодексе торгового мореплавания).

В странах, где господствует прецедентная система, срок вступления в силу обычно-правовой нормы следует увязывать с ее признанием в конкретном судебном решении. Которое, кстати, по сложившейся, например, в Англии практике могло состояться и 100, и 200, и более лет назад.

В международном праве обычай можно считать возникшим для норм общего международного права с момента ясного выраженного или даже молчаливого признания (доказательством чего считается отсутствие протеста) тем или иным государством (государствами). Что касается региональных и локальных норм обычного международного права, то в их отношении, по общему мнению, возникновение связано с моментом ясно выраженного признания в двух- или многостороннем договоре или даже одностороннем акте государства. До момента подобного признания обычная норма неприменима к тому или иному субъекту международного права.

Вступившая в силу норма права, как правило, обратной силы не имеет, т.е. не распространяет своего действия на отношения, возникшие до ее вступления в юридическую силу. Это прогрессивное правовое завоевание цивилизации, надежная гарантия прав и законных интересов отдельных лиц и их объединений.

Правда, и из этого общего правила возможны исключения. Во-первых, если самим правовым актом устанавливается его обратная сила (например, статья 9 Вводного закона к части первой ГК РФ устанавливает, что основания недействительности сделок, сформулированные в Кодексе, применяются и к сделкам, состоявшимся до его вступления в силу). Во-вторых, в уголовном праве нормы новых актов имеют обратную силу, если они смягчают наказание тех или иных лиц или вообще освобождают от него (эта норма закреплена и в статье 10 ныне действующего УК РФ).

Что касается норм обычного права, то ни во внутригосударственном, ни в международном праве по общему правилу нельзя говорить о наличии у них обратной силы. Как, собственно, нельзя вести речь и о некоей обратной силе судебного прецедента. Относительно же международного договора следует отметить, что они могут иметь обратную силу. Стороны, заключившие его по взаимному согласию, вправе распространить действие договора на события и факты, существовавшие до вступления его в силу.

Относительно нормативных актов следует иметь в виду, что иногда в отношении их можно говорить об их применении и после утраты юридической силы. Это так называемые случаи «переживания» законом официального срока своего действия, когда его нормы применяются к обстоятельствам, имевшим место во время их действия. Так, после вступления в юридическую силу нового ГК РФ, т.е. 01.01.95 г. применительно к фактам, имевшим место до этого срока, могли применяться те нормы Основ гражданского законодательства 1991 г., которые уже утратили силу к тому времени (например, применялась ст.66 Основ о штрафных процентах годовых, а не ст.395 нового ГК РФ).

Весьма специфична ситуация в смысле срока действия правовых актов в некоторых странах англосаксонской правовой семьи, например, в Великобритании. Там до сих пор действуют акты парламента, принятые в 14-15 веках. Например, 1 и 2 Вестминстерские статуты, принятые во времена Эдуарда I, и поныне являются краеугольным камнем права о недвижимости. Список этот можно продолжить. Даже в британском конституционном праве, являющемся одной из наиболее молодых отраслей права, есть источники - законы, принятые несколько столетий назад (например, Билль о правах 1689 г., Акт о престолонаследии 1701 г.). В британском праве установлено, что статут со временем не устаревает. Основанием отмены статута является издание парламентом нового статута. Парламент может указать в статуте срок его действия, по его истечении акт теряет силу.

Прекращение действия правовой нормы во внутригосударственном праве возможно в следующих случаях. 1.По истечении срока действия правового акта, когда такой срок в нем специально установлен (например, в РФ это характерно для ежегодно принимаемых законов о бюджете). 2. В связи с принятием нового правового акта, заменяющего ранее действовавший, и регулирующего те же общественные отношения. 3. На основании прямого указания в специальном акте об утрате юридической силы тем или иным законом, постановлением и т.д.

Действие судебного прецедента в странах англосаксонской правовой семьи возможно, например, и после принятия статута (нормативно-правового акта), регулирующего те же отношения. В целом же проблема действия прецедента во времени достаточно сложна. И. Богдановская отметила: «Вместо конкретной даты вступления в силу - неопределенный период становления прецедентной нормы, которая по усмотрению судьи может быть обращена в прошлое, будущее или настоящее. Столь же неопределен во времени и период окончания действия прецедентной нормы. Одно дело если принят закон, отменяющий прецедент. Но поскольку закон не указывает прецеденты, которые отменяет, такая задача ложится на судей. Прецедент может быть отменен вышестоящим судом или решением самого суда, если он имеет такое право. Большей частью суды предпочитают не отменять прецедент, а отходить от него... Такое положение позволяет в случае необходимости «возродить» «спящий прецедент».

Нельзя не отметить одного весьма непростого вопроса, касающегося действия прецедента во времени. Речь идет о применении прецедента в сфере уголовного права. В последнем существует общепризнанный гуманистический принцип: «нет преступления, не указанного в уголовном праве». Так, если преступление совершено в январе определенного года, то как может судья, «создав норму», осудить деяние как преступное в декабре того же года. Что это «обратная сила права»? Но в уголовном праве это неприемлемо, если ухудшает положение подсудимого. Именно за подобные «подходы» критиковал систему прецедентного права И. Бентам, т.к. он считал, что всякая созданная судьями норма обладает ретроспективным действием.

Обычная норма утрачивает силу после утверждения в практике нового обычая (хотя в Англии, например, суд может не отменить обычай, а просто признать его «неразумным» и иные судьи уже не будут его применять) и официального признания его обязательным правилом поведения. Это характерно как для внутригосударственного, так и международного права.

Что касается прекращения действия во времени международных договоров, то основания для этого весьма многообразны. В целом их делят на 2 большие группы: а) волевые, т.е. тот или иной вариант расторжения договора (отмена по соглашению сторон, денонсация и т.д.) и б) автоматические, т.е. в результате наступления какого-либо юридически значимого обстоятельства (например, истечение срока действия договора, заключенного на определенный срок, исчезновение субъектов договора, гибель объекта договора и т.д.).

От прекращения действия договора следует отличать приостановление его действия, т.е. тот срок, когда его участники временно освобождаются от выполнения своих обязательств по договору.

Кроме того, следует помнить о существовании т.н. «забытых» договоров. Последние формально не прекращены, фактически давно не применяются. Но, как показывает исторический опыт, заинтересованная сторона может «вспомнить» о таком договоре и настаивать на его применении и обязательности правоотношений, вытекающих из него. Так, во время второй мировой войны Англия потребовала от Португалии исполнения договора, заключенного в 1353 г., о торгово-политическом союзе, который формально не был прекращен. И добилась на его основании права провести на португальских Азорских островах военно-морские и воздушные операции. Это одно (но далеко не единственное) свидетельство того, что международное право не знает давности погашения договоров. Следовательно, при сомнении в действии международного соглашения вопрос о прекращения его действия следует решать в каждом отдельном случае соглашением заинтересованных сторон.

Похожие работы