Публикации

3.1. Человек в свете теологии, философии и антропологии

Почти все знаменательные философские системы выдвигали свое учение о человеке. Проблема человека была и остается самой важной проблемой теологии, философии, антропологии, а также других наук. Все от человека исходит и к нему возвращается. Многое в природе человека уже изучено, но много тайн он еще заключает в себе. «Человек есть загадка в мире , и величайшая, может быть, загадка. Человек есть загадка не как животное и не как существо социальное, не как часть природы и общества, а как личность, именно как личность. Весь мир ничто по сравнению с человеческой личностью, с единственным лицом человека, с единственной судьбой. Человек переживает агонию и он хочет знать, кто он, откуда он пришел и куда он идет», — так писал русский философ Н. Бердяев, анализируя соотношение человека и личности.

Перед человеком стояла задача раскрыть свою собственную тайну, чтобы затем подняться до раскрытия всего богатства его отношения с действительностью. Человек может познать себя сверху и снизу, из своего света, из своей тьмы, из стихийно-подсознательного и демонического в себе начала. Н. Бердяев подчеркивал: «...он может это сделать потому, что он двойственное и противоречивое существо, существо в высшей степени поляризованное, богоподобное и звероподобное, высокое и низкое, свободное и рабье, способное к подъему и падению, к великой любви и жертве и к великой жестокости и беспредельному эгоизму... Именно сознание личности в человеке говорит о его высшей природе и высшем признании. Если бы человек не был личностью, хотя бы не выявленной или задавленной, хотя бы пораженной болезнью, хотя бы существующей лишь в потенции или возможности, то он был бы подобен другим вещам мира и в нем не было бы ничего необычайного».

Человек должен познать самого себя, сделать самого себя мерилом всех жизненных отношений, дать им оценку сообразно своей сущности, устроить мир истинно по-человечески, согласно требованиям своей природы.

В течение длительного времени человек на Западе и Востоке пытался познать себя, и это познание будет продолжаться до тех пор, пока будет существовать человечество.

Человеку было трудно познать себя, отрываясь от особенностей и действительного положения в мире. Платон, Сократ, Аристотель, Конфуций, Гоббс, Кант, Гегель, Фейербах, Энгельс и другие исследовали проблемы человека, исходя из реальной ситуации человечества

Положение, в котором находился человек, менялось в различные исторические периоды, и в ходе истории выдвигались различные объяснения и интерпретации, касающиеся проблем человека. Ситуация, в которой находится сейчас человечество, можно представить как связующий прошлое и будущее человеческий лист. История создается человеком.

Историческое и логическое должно присутствовать при анализе человека и человечества, при этом необходимо учитывать создавшиеся условия в данный момент.

Самые насущные вопросы, с которыми человек сталкивается в настоящее время, состоят в следующем. Как жить человеку в эпоху ядерного оружия? Как обеспечить каждому живущему на Земле реальную счастливую жизнь посредством здорового и сбалансированного социального и экономического развития и ликвидировать бедность и социальную несправедливость? Как обеспечить нашему всевозрастающему потомству возможность жить в условиях чистой окружающей среды и создать условия для свободного и всестороннего развития? Бесспорно, что это не все проблемы, которые беспокоят наш мир сегодня, но несомненно, что их решение сделает человеческое общество более гуманным и нашу планету гораздо лучшим местом для жизни. В то же самое время мы отдаем себе отчет в том, что основные проблемы очень сложны, что они остаются нерешенными на протяжении длительного промежутка времени и что мы не можем ожидать легкого избавления от них. Необходимо сказать, во-первых, что нынешнее состояние человечества и многие растущие трудности в значительной степени созданы человеком. Эти трудности могут быть и преодолены человеком, поскольку они самим им созданы. Во-вторых, человек имеет технические знания и материальные средства, которые позволяют ему решать эти проблемы. Они не могут быть решены не потому, что технические средства препятствуют этому, но главным образом вследствие характера деятельности самого человека, устаревшего и ограниченного способа его мышления, подозрительности и антагонистического склада ума, экономических и политических структур, служащих индивидуализму и групповым интересам.

Поэтому человек является ключевым моментом. Проблема ликвидации нынешнего кризиса и создания благоприятного будущего полностью зависит от самого человека. Он должен прежде всего осознать все вызовы и опасности, предостерегающие его, и определить, каким образом следует решать все многообразие политических, экономических, социальных проблем. В равной степени важно преобразование самого человека, обновление его собственной идеологии, его ценностей и поведения, поощрение развития новой системы этики.

Но поскольку не существует отдельной, специальной науки о человеке, а в его комплексном исследовании участвуют различные дисциплины, все ощутимее становится необходимость интеграции наук о человеке в единую, практически ориентированную систему. Задача эта может быть решена лишь при выявлении категориального аппарата каркаса человеческой целостности, а последнее есть философское дело. И сам философский аппарат необходимо использовать при анализе сущности человека, содержания его духовного мира, сущности здравого смысла, прав, свобод и ответственности его.

3.1. Человек в свете теологии, философии и антропологии

Проблема человека всегда волновала ученых разных направлений. История происхождения его теряется в далеком прошлом. Антропологи не дают окончательного и достоверного представления о времени и причинах появления «человека разумного», равно как отправной точке его эволюции. Психология еще не сформулировала в необходимой и достаточной мере психический мир человека. Социология только на уровне сущности первого порядка обосновала единство биологического и социального в человеке. Философия еще не выработала специфических методологических принципов анализа человека. Но это не значит, что человек — это «абсолютная тайна». Определение его сущности, его природы в некоторой степени уже дано. По-разному, в зависимости от характера мировоззрения, эти проблемы рассматривают теология, философия.

Следует отметить, что теология и религиозная философия анализируют человека с единых позиций, хотя их взгляды полностью не совпадают. Главный тезис их состоит в следующем: проблема человека есть Богочеловеческая проблема, понять человека — значит понять его отношение к Богу, она налицо, когда дело идет о постижении души в полном объеме.

В Библии определяется, что человек не просто момент космоса, вещь среди вещей, в нем распознано существо привилегированное, созданное Богом по образу и подобию самого себя и, стало быть, человек — господин и повелитель всего, что создано для него. «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему, по подобию Нашему; и да владычествует он над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею Землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле»; «... и тогда Яхве, Бог, создал человека из праха земного и вдунул в ноздри его дыхание жизни». И поскольку человек создан по образу и подобию Божию, то и должен он изо всех сил уподобляться ему: «... не оскверняйте душ ваших... Ибо Я, Яхве, Господь ваш, выведший вас из земли Египетской, чтоб быть вашим Богом. Итак, будьте святы, потому что Я свят». Человек, как духовная личность, приписывает себе все атрибуты Божества: ум, свободу, сознание ценностей, предвидение и провидение. Греки тоже говорили об уподоблении Богу, но всегда видели достижение этого через интеллект, путем познания. Библия же указывает на волю как инструмент такой ассимиляции. Именно такая способность свободно принять волю Божью, как свою собственную, и возносит человека выше небес, выше всего тварного мира.

Человек погружается в историю. Погруженный в историю, он может лучше понять самого себя: откуда он пришел, где находится и куда зовет его история. Он знает, что царство Бога уже вошло с Христом в мир, что Он среди нас, хотя реализоваться полностью может лишь в конце времени.

В библейском послании понимание истории выражено не циклично, как это понимал Аристотель, а прямолинейной траекторией. По истечении времени сбудутся события уже предрешенные и необратимые, разрешающие и освобождающие смысл истории. Конец времени есть также конец, исчерпанность всего сотворенного во времени: Страшный Суд — это наступление Царствия Божия во всей его полноте. Такова история, идущая от сотворения к падению, от Завета, временного альянса, к ожиданию Мессии, от явления Христа к последнему судному дню.

Богоподобие составляет основную предпосылку для понимания сущности человека — так утверждают теологи и религиозные философы. Вне Богочеловеческой проблемы человек немыслим. Такова точка зрения христианской антропологии.

Человек плюрален, т. е. его нельзя свести к одному элементу, к одной субстанции. Нельзя понять человека также как сочетание двух субстанций, мыслящей и протяженной, как это делает Декарт. Человек, мы уже определяли, выражая взгляды христианских антропологов, состоит из трех, иерархических восходящих ступеней (зон или ярусов): тела, души, духа. Тело и душа (психика) образуют то, что на библейском языке называется «плотью». Душа по достоинству выше тела, она одушевляет тело; дух выше тела и души, и он «одухотворяет» тело и душу. Дух есть богоподобное сосредоточение личности, в котором проявляются самосознание, воля, свобода, творчество и совесть.

По своей природе дух призван господствовать над «плотью». Дух -высшее начало в человеке, отличающее его от всего творения. Однако это не значит, что психофизический уровень есть в человеке лишь обременительная оболочка. Этот уровень тесно связан с духом. Как простейшие чувства перерастают в высокие переживания, восходящие в сферу духа, так и элементы мышления поднимаются до духовного уровня, связывая низший разум с Разумом высшим. Зона мыслей влияет на чувства и наоборот. Чувства же тесным образом сплетены с телесной жизнью. «Можно сказать, что в лице человека (которого называют микрокосмом, малым миром) вся природа входит в глубочайшее единение с царством духа», — так определяет человека протоиерей А. Мень.

С позиции теологии в этом трехчленном делении в стяжной форме дана вся сложная иерархическая структура человеческого существа.

Большое внимание уделяют проблеме человека русские религиозные философы Н. Бердяев, С. Булгаков, Б. Вышеславцев, В. Соловьев. Они разделяют взгляды на человека отцов церкви, опираясь на них, а также на биологию и психологию того времени, развивают учение о человеке. Важнейшими элементами содержания их учения о человеке являются:

сущность человека, соотношение человека и личности, о вечном и новом человеке, человек и его духовный мир, сущность свободы, противоречия свободы, о рабстве человека у бытия, о рабстве человека у Бога, о рабстве человека у природы, о рабстве человека у общества, о рабстве человека у цивилизации, о рабстве человека у самого себя.

Чтобы понять сущность человека, Н. Бердяев и Б. Вышеславцев вводят понятие «иерархической структуры» человека. Суть иерархической структуры состоит в том, что человек есть природное существо, он связан с космической жизнью многими нитями, зависит от круговорота космической жизни. Тело человека определяется и процессами физико-химическими. Человек умирает как природное существо, и телесный состав его рассеивается в материи и мировой жизни. Но человек не только природное существо, человек есть также личность, т. е. духовное существо, несущее в себе образ божественного. Приведем иерархическую структуру, которую дает Б. Вышеславцев, выделяя в существе человека семь ступеней бытия:

1) Он есть физико-химическая энергия.

2) Он есть энергия «живая», «биос», живая клетка.

3) Он есть психическая энергия, которая в своей скрытой глубине образует коллективно-бессознательное как общую почву, на которой вырастает и развивается индивидуальная душа.

4) Он есть лично-бессознательное, которое покоится на фундаменте коллективно-бессознательного.

5) Он есть сознание, сознательная душа; и прежде всего не духовная, животная душа, которая определяется как эгоцентрическая установка сознания. Это душа, руководящаяся «интересами» как расчетом удовольствия и неудовольствия, воспринимающая и оценивающая все лишь в соответствии витальному центру сознания.

6) Человек есть, наконец, духовное сознание, дух, духовная личность, и в этом своем качестве он есть строитель и носитель культуры. Отличие от недуховного, животного сознания состоит в том, что здесь эгоцентрическая установка покидается. Субъективное восприятие и оценка заменяются объективными. Для духа существует не то только, что для витального сознания «полезно» и приятно, но то, что само по себе, то есть «объективно», ценно и истинно. (Утилитаризм и этика «интересов» есть точка зрения животного сознания.) Эта ступень духовного сознания у греческих, а вслед за ними и у латинских отцов церкви строго различается от недуховной, животной души, как логическая (словесная) от нелогической («бессловесной»), как способность воспринимать и высказывать разумное слово и его объективный смысл. Когда Апостол говорит: «духовный судит обо всем», он разумеет прежде всего эту способность к всеохватывающему объективному суждению, которая присуща духу.

7) Духовное сознание, сознательное Я, «мыслящее Я», Духовная личность, как творец культуры, — не есть, однако, последнее, высшее и глубочайшее в существе человека. Об этой последней глубине трудно что-либо сказать, кроме того, что это — я сам, человек «в себе», самость. Самость есть последняя и высшая седьмая мистическая ступень в существе человека. Для науки, для рационального мышления она недостижима и недоказуема, и потому не схватывается психологией, как это Юнг ясно высказал. Самость метафизична и метапсихична, во всех смыслах есть некоторое «мета», последний трансцензус. Только Откровение и мистическая интуиция указывает на эту предельную глубину.

В практической жизни, в познании мира, даже в творчестве культуры она может оставаться совершенно незамеченной.

Поэтому почти постоянно сознание, сознательное Я, дух, ум, духовная личность, считалось и считается высшей ступенью в структуре человеческого существа и последним выражением его сущности. Но разум и сознание не есть высшее в человеке: иррациональная и сверхсознательная самость есть высшее. Ее ищут и угадывают и выражают на своем странном, парадоксальном языке великие мистики всех времен и народов. Излюбленный символ «сердце» указывает на эту таинственную глубину, доступную только Богу («Бог один знает тайну сердца», говорит Библия). Существует, следовательно, не только непостижимый Бог, но существует и непостижимый человек; и в этой своей богоподобной непостижимой глубине человек и встречается с Богом, в глубине «сердца». Вот почему в опыте восточного христианства мистика сердца играет такую большую роль. Вот почему восточные отцы, а за ними русские отшельники дают завет: умом в сердце стоять, или: погрузить ум в глубину сердца. Это показывает, что «ум» не есть последняя глубина и последняя точка опоры.

Иерархическая структура человека показывает нам, что он несет в себе все ступени космического бытия: он есть «мертвая материя», живая материя, одушевленный организм, животное сознание. Космические элементы и земная животно-растительная жизнь содержатся в нем, проникают в него и состоят с ним во взаимодействии. Человек предполагает и содержит в себе все «дни творения» и всю ту космическую иерархию бытия, которая в них развертывается. В этом смысле он микрокосмос, малый мир, связанный с большим миром. Но он еще нечто большее: микротеос, «малый бог», связанный с Великим Богом. Когда закончено сотворение природы и человека, начинается творчество, исходящее от самого человека, в силу того, что он есть духовная личность и свобода. Это и делает его «богоподобным». Шестая и седьмая ступени в существе человека поднимают его над природой и ставят его на вершину иерархии. И все же вершина иерархии еще не достигнута. Человек чувствует нечто высшее над собою, ради чего он «сублимирует», во имя чего он действует и приносит жертвы, во имя чего он жертвует даже собою. Сам человек есть «жертвенник неведомому Богу», и этот жертвенник он находит в глубине своей самости как последнее слово «самопознания», как последнюю мудрость вечных Афин. Неведомый Бог изводит его из бездны и возводит к себе. Вот что открывается ему в предельном вопросе «откуда и куда?». И это изведение и возведение («анагоге») переживается человеком как двоякая зависимость: как сотворенность и как призыв к творчеству (ибо человек творит в настоящем смысле не по капризу и не по произволу, а «по призванию»).

Итак, человек не начало и не конец бытия — вот что ему очевидно; не альфа и не омега, не первоисточник и не прообраз — он лишь отображение. Вот почему он не завершает иерархию и не обосновывает ее; он не есть «само священное начало», хотя и стоит к нему всего ближе в космической иерархии. Уже это одно, эта нераздельная связь и близость ставит проблему «богоподобия». Ее нельзя рассматривать вне иерархической структуры человека, вне космической иерархии.

Следует подчеркнуть, что в этой иерархической структуре положено начало анализу сущности человека, т. е. показано единство биологического и психологического в человеке. А на XVIII Всемирном философском конгрессе (Брайтон, август 1988 г.) было подчеркнуто, что сущность человека выражается в сложных внутренних отношениях между биологическим, психологическим и социальным в нем. Человек — биопсихосоциальное единство.

Остановимся на проблеме о вечном и новом человеке, по взглядам Н. Бердяева. Такая необходимость есть, ибо в последнее время много говорят о новом мышлении, о новом субъекте, о новом образе жизни и т. д. Что касается проблемы свободы человека и его зависимости от разных факторов, то их проанализируем ниже в разделе «Проблема свободы личности и ответственности».

Человек, как уже отмечалось, не есть набор вечных, абсолютных качеств. То же относится к идеалу человека — всесторонне развитой личности. Не может быть раз и навсегда заданных качеств, какого-то «неисторического» совершенного человека. Поэтому имеет смысл говорить о различных конкретно-исторических проявлениях совершенства человека, о различных этапах возникновения человеческого идеала. Н. Бердяев писал:

«Можно говорить о новом техническом человеке, о фашистском человеке, о советском или коммунистическом человеке». Много наименований можно дать человеческому типу, но человек менее меняется, чем это кажется по его внешности и его жестам.

Н. Бердяев отмечал, что даже политические революции сравнительно мало меняют человека. «Коммунист, победивший и захвативший власть, может быть внутренне, духовно, до мозга кости буржуа», — говорил он. Но человек изменяется, развивается, совершенствуется.

Черты нового человека:

1. «Только новое рождение, рождение духовного человека, который раньше дремал и был задавлен, есть действительно явление нового человека». Здесь подчеркиваются религиозные чувства, настроения, страсти. Рождение нового человека зависит от его вхождения в царство духа и глубокого соединения с ним.

  1. Способность вбирать в себя общие человеческие ценности.
  2. Новый человек не является рабом быстротечного времени.
  3. Новый человек может быть только творческим человеком и потому обращенным к грядущему, к не бывшему.

Философия рассматривает человека в широком плане от «робинзонады» до совокупности общественных отношений. Главные направления проблемы человека в ней: сущность человека, содержание духовного мира его, сущность и содержание здравого смысла, проблема свободы, прав и ответственности человека и др. В разные эпохи развития человечества по-разному рассматривались эти направления в зависимости от типа мировоззрения. В самом широком плане обычно выделяют такие типы мировоззрения: космоцентризм, теоцентризм, антропоцентризм, социоцентризм.

Похожие работы