Публикации

Социология Питирима Сорокина

 В реферате на тему: Социология Питирима Сорокина рассмотрены основные положения социологических теорий, раскрыты основные моменты из биографии ученого. 

ПЛАН

Введение

  1. Биография и истоки творчества П. Сорокина
  2. Социологические взгляды Питирима Соркина
    • Социальная система П. Сорокина и социальная динамика
    • Теория стратификации Питирима Сорокина

Заключение
Список использованной литературы

Введение

Питирим Александрович Сорокин (1889-1968) — крупнейший ученый социолог 20 века. Творческую деятельность Сорокина делят на два периода — русский (с начала 10-х по 1922г.) и американский. К началу 60-х годов П. Сорокин уже около сорока лет был «американским социологом, прочно занимавшим одно из мест в первой «десятке» ведущих социологов мира.

В данной работе рассмотрены основные положения социологических теорий, раскрыты основные моменты из биографии ученого.

1. Биография и истоки творчества П. Сорокина

Российский и американский социолог Сорокин Питирим Александрович (1889 — 1968) родился в России (Коми край), где провел первые 15 лет своей жизни (1889-1904гг.). Мать была коми, отец — русский. До приезде в Санкт-Петербург П. Сорокин систематического среднего образования не получил, из церковно-учительской школы был исключен в связи с арестом. В годы Первой русской революции (1905-1906 гг.) втянулся в революционную деятельность партии эсеров. Более трех месяцев провел в царской тюрьме. Его становление как социолога прошло в Санкт-Петербурге. Здесь он окончил вечернюю школу (Черняевские курсы), где провел два года. В 1909 г., то есть уже в 20-летнем возрасте) сдал экзамены за гиназический курс. В 1909 г. поступил в Писхоневрологический институт в С.-Петербурге, где проучился один год. Стремясь избежать призыва в армию, в 1910 г. поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета. Будучи студентом третьего курса, опубликовал свою первую книгу «Преступление и кара, подвиг и награда» (1913). Систему своих взглядов этого периода он сам позже охарактеризовал как «разновидность эмпирического неопозитивизма». Параллельно занимался революционной деятельностью и пару недель отсидел за это в тюрьме.

В 1917 г., после Февральской революции, социология в России приобрела характер официально признанной научной дисциплины. П. Сорокин в 1919-1922 гг. был руководителем межфакультетской кафедры, затем — отделения социологии Петроградского университета. В 1917 г. он принял активное участие в революции на стороне партии эсеров. После Октября 1917 г. встал в оппозицию большевистскому режиму, принимал участие в политической борьбе на Севере. В 1918 г. дважды арестовывался большевиками и находился на грани расстрела. В конце 1918 г. он прекратил активную политическую деятельность и 23 декабря 1918 г. был восстановлен в числе преподавателей юридического факультета Петроградского университета, где начал чтение курса «Уголовной социологии». В сентябре 1922 г. П. Сорокин с группой других ученых, не принимающих марксистскую идеологию и большевистскую политику, был выслан из Советской России. Жил и работал в Праге. В конце 1923 г. был приглашен для чтения лекций в США. Первые курсы читались в университетах Иллинойса и Висконсина, затем получил предложение занять место штатного профессора в Миннесотском университете.

В 1955 г., когда П. Сорокину исполниось 66 лет, он вышел на пенсию, но остался директором Гарвардского исследовательского центра по созидательному альтруизму. 31 декабря 1959 г. в возрасте 70 лет он ушел со всх постов в Гарварде. В последнее десятилетие своей жизни он продолжал активную научно-преподавательскую работу, выступая с лекциями в разных университетах, работая над книгами и статьями. Им опубликовано более 30 книг. П. Сорокин пользовался большим влиянием в мире социологии при жизни, Однако в дальнейшем оказался полузабытым как в на Родине, так и на Западе. Исключение составляют лишь его идеи в области социальной мобильности. С начала 1990-х гг. появляется интерес к П. Сорокину в России, что проявилось в публикации целого ряда его работ и исследований, посвященных его жизни и творчеству [1].

По мнению многих авторитетных специалистов в области социологии, значимость фигуры Сорокина все еще не оценена в полной мере ни американской, ни отечественной наукой. Труды этого известного социолога на его исторической родине не печатались вплоть до 90-х годов. В отечественной социологии закрытая ранее тема Сорокина была «распечатана» только в канун столетия ученого в 1989 г. Американцы хотя и относят П. Сорокина к числу отцов-основателей американской социологии, но, вместе с тем, часто вспоминают о нем лишь как о «страстном русском ораторе». Его идеи не укладывались в русло традиционной американской социологической науки, выступавшей защитницей истеблишмента и социального порядка.

В историю мировой социологии П. Сорокин вошел как крупнейший социолог половины ХХ в., создатель интегральной социологии, теории социальной мобильности и социального пространства, теории социокультурной динамики.

Творчество П. Сорокина в географическом плане подразделяют на два периода: российский — до сентября 1922 г., когда он был вынужден покинуть историческую родину; и американский — с 1923 г., когда он после краткого пребывания в Чехословакии окончательно обосновался в США. В содержательном аспекте, т.е. с учетом эволюции теоретических взглядов социолога, в его творчестве выделяют уже три периода: до середины 20-х годов; до конца 30-х годов; 40 — 60-е годы.

П. Сорокин прожил долгую и нелегкую жизнь. Биографы до последнего времени спорили в отношении места и точной даты рождения социолога. Питирим Александрович Сорокин родился в селе Турья Вологодской губернии (ныне республика Коми) в семье странствующего ремесленника — золотых, серебряных, иконных дел мастера, переезжавшего из села в село в поисках работы. Оставшись сиротой в возрасте 11 лет, он вместе со старшим братом зарабатывал на жизнь, расписывая церкви. Трудная и сложная дорога жизни, приведшая его с Крайнего Севера сначала в Санкт-Петербург, а затем в Америку, описана П. Сорокиным в автобиографии «Дальняя дорога» (52).

Интересно будет отметить, что на жанр автобиографии, кроме него, не отважился никто из видных представителей социологической науки. Начиная с трудов знаменитой Чикагской школы и, прежде всего, классической работы Т. Знанецкого «Польский крестьянин в Европе и Америке», автобиография стала важным исследовательским инструментом социологии и антропологии ХХ в. Сорокин-социолог, лучше других зная о возможностях современных методов анализа автобиографий, тем не менее, пожалуй, единственный из видных социологов рискнул «обнажиться» перед потомками.

На формирование его творческой индивидуальности большое влияние оказали два всемирно известных тогда ученых — Е.В. Де-Роберти и М.М. Ковалевский (секретарем которого стал Сорокин), открывшие кафедру социологии в столичном Психоневрологическом институте, в который поступает П. Сорокин. Через год Сорокин переводится на юридический факультет университета, где обучается при непосредственном участии выдающегося российского правоведа начала века Л.И. Петражицкого. Анализируя духовные истоки своего мировоззрения, П. Сорокин называл среди наиболее значимых для него теории Н. Михайловского, П. Лаврова, М. Ростовцева, П. Кропоткина, Г. Тарда, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, М. Вебера, Р. Штаммлера, К. Маркса, В. Парето и др. Особенно близок ему по образу мышления и по методу анализа социальных явлений Э. Дюркгейм. С ним П. Сорокин вел переписку (по всей вероятности, по протекции М.М. Ковалевского, знакомого с французским социологом).

После окончания университета П. Сорокин был оставлен на кафедре уголовного права и судопроизводства и уже в январе 1917 г. получил звание приват-доцента Петроградского университета. Он стоял у истоков первого в России факультета социологии в Петроградском университете. В ряде учебников его считают создателем и деканом этого факультета, однако последние исследования свидетельствуют, что в этот период факультет еще не существовал, а была организована социологическая кафедра на социально-экономическом отделении, которое вошло в состав факультета общественных наук. Был создан также Социологический институт при университете. Во главе этих начинаний стоял П. Сорокин, который в 1920 г. он первым был возведен в звание профессора кафедры социологии факультета общественных наук (52, с. 295).

В русский период творчества Сорокин, помимо многочисленных статей в журналах и газетах, публикует ряд его работ: «Преступление и кара, подвиг и награда» (1914), «Проблемы социального равенства» (1917), популярные учебники по праву и социологии и, наконец, обобщающая двухтомная «Система социологии» (1920), ставшая венцом его творчества русского периода (эта работа первоначально была задумана П. Сорокиным в восьми томах).

Исследователи творчества П. Сорокина отмечают, что уже в этот ранний период он предстает перед нами как сложившийся социолог. Идеи, которые П. Сорокин развивал в петербургский период своей жизни, он пронесет через все свое творчество и уже в этом плане его социология является интегральной. Например, две категории П. Сорокина, вошедшие в золотой фонд мировой социологической науки — «социальная мобильность» и «социальное пространство» были введены им уже в ранних работах.

Еще учась в церковно-учительской школе Костромской губернии, П. Сорокин стал принимать активное участие в политической жизни. Он вступил в партию социалистов-революционеров, был арестован за политическую деятельность. Впоследствии Сорокин возглавил правое крыло этой партии. После Февральской революции он — секретарь А.Ф. Керенского, член Учредительного собрания, редактор газеты «Воля народа», а затем «Дело народа». П. Сорокин встретил Октябрьскую революции в штыки. В 1922 г. вместе с группой ученых и политических деятелей он был выслан из России. Тридцатитрехлетний ученый смог быстро обрести свободный разговорный английский язык и уже летом 1924 г. приступил к чтению лекций в Миннисотском университете США. Здесь выходят в свет «Листки из русского дневника» (1924), «Социология революции» (1925), «Социальная мобильность» (1927), «Современные социологические теории» (1928), в соавторстве «Основания городской и сельской общины» (1929), трехтомная «Систематическая антология сельской социологии» (1930 — 1932).

Эти работы позволили П. Сорокину преодолеть оппозицию со стороны американских академических кругов и завоевать поддержку ведущих социологов — Ч. Кули, Э. Росса, Ф. Гиддингса. «Русский американец» передвинулся с «задворок» политической эмиграции на авансцену американской социологии. В 1930 г. всемирно известный Гарвардский университет учреждает социологический факультет и предлагает Сорокину возглавить его. На этом факультете П. Сорокин проработал три десятилетия, в том числе 12 лет — деканом [2].

2. Социологические взгляды Питирима Соркина

Социальная система П. Сорокина и социальная динамика

Уже в ранний период П. Сорокин ставил и решал вопрос о социальной интеграции, причинах и типах интегральных связей. Он считал, что понять причины возникновения социального целого можно только учитывая действия факторов, объединяющих людей в общество. К наиважнейшим механизмам социальной интеграции, определяющим «подлинную ткань любой социальной структуры», он относил три фактора:

  • «космическо-географическая» социализация индивидов (климат, территория), определяющая специфику человеческого взаимодействия в конкретном обществе;
  • «биолого-физиологическая» социализация (инстинкты, импульсы, потребности и стимулы), заставляющая людей вступать во взаимодействие;
  • «психологическая» социализация — социально-психологические механизмы взаимодействия (внушение, подражание, эмоционально-интеллектуальные контакты).

П. Сорокин приходит к выводу, что эти три фактора вместе представляют собой объединяющую силу всех общественных явлений, хотя в ряде случаев именно они, наоборот, могут способствовать распаду «коллективных социальных единств». Подлинной основой социальной интеграции является, по П. Сорокину, единство вокруг нормы, ценности, цели или так называемой души народа, национального духа, группового разума, сознания рода и др. ценностей. Таким образом, центральным понятием теоретической системы Сорокина становится «ценность». О природе ценностей мыслители размышляли и до него, но, пожалуй, «никому до П. Сорокина не удалось показать систематизирующую и методологическую значимость ценностной теории в социологии».

Рассматривая структуру «социального взаимодействия», П. Сорокин уже в работах раннего периода выделял его важнейшие элементы. Индивиды (минимум — два), находящиеся во взаимодействии и этим обусловливающие поведение друг друга. «Акты» (действия) — каждый акт является, с одной стороны, внутренней реализацией собственной психической жизни (потребности, способности реагировать на стимулы), с другой — стимулом (раздражителем), вызывающим реакцию других людей. «Проводники» социальных действий — способы передачи реакции между субъектами взаимодействия, которые могут быть материальными и символическими (язык, письменность, музыка, искусство, деньги, орудия труда, церемонии, памятки, предметы быта) [3].

В общественной жизни П. Сорокин выделял различные уровни взаимодействия, которые в совокупности дают представление о социальном пространстве человеческой жизни и социальную дифференциацию в нем. К основным видам социального взаимодействия он относил: межиндивидуальный, уровень элементарных и кумулятивных групп (классы, нации, народ, элита), межгрупповой. Взаимодействие может быть как антагонистическим, так и солидаристическим. Интегральным фактором всей социальной жизни П. Сорокин считал коллективный рефлекс. Эта установка отчетливо проявилась в его работе «Социология революции» (1925), в которой причину революционных движений в обществе он усматривал в подавлении базовых человеческих инстинктов. Уже в ранней работе «Система социологии» П. Сорокин изложил основные положения теории социальной стратификации.

Позднее эти идеи он развивает в фундаментальной и новаторской по тем временам работе «Социальная мобильность» (1927), которая произвела неожиданный эффект в США. По единодушному мнению специалистов, эта работа считается классическим для западной социологии трудом по проблемам стратификации. Она использовалась в свое время даже как учебник. По воспоминаниям Р. Мертона, «Социальная мобильность» представляла собой «изумительный синтез эмпирического и практического материала, а также первый в нашем столетии серьезный и всеохватывающий обзор социальной стратификации» (39, с. 128). В этой работе П. Сорокин продолжил синтез, намеченный в «Системе социологии».

Особое значение для понимания социальной жизни П. Сорокин придавал состоянию «проводников» (материальных и символических), передающих реакцию от одного индивида к другому. Насыщенность «проводниками» социального пространства и времени, по его мнению, существенно изменяет социальные взаимодействия в обществе. Например, степень интенсивности взаимодействия находится в прямой зависимости от насыщенности социального пространства социальными проводниками (состояния железных дорог, количества приходящихся в среднем на индивида писем и телеграмм, митингов и лекций, газет, библиотек, разговоров и т.п.).

В процессах аккумуляции проводников П. Сорокин усматривал специфическую особенность, отличающую человеческое общество от биологических сообществ. «Проводники» не исчезают как «акты», а могут сохраняться и накапливаться. Они создают вокруг взаимодействующих людей неприродную среду — культуру, которая представляет собой как бы застывший результат прошлых взаимодействий людей, органически включенных в их настоящее взаимодействие. Так же как Э. Дюркгейм и Г. Зиммель, П. Сорокин приходит к выводу, что все элементы культуры являются реальными элементами общества наравне с индивидами и отношениями. Они включены в орбиту нашего сегодняшнего поведения, независимо от того, когда созданы. Поэтому любое общество, считал П. Сорокин, можно описать и понять только через призму присущей ему системы культуры, ядро которой составляют «значения, нормы, ценности». Социоэмпирические исследования этих культурных качеств можно описать лишь используя метод интегрального синтеза.

В работах более позднего периода («Социальная и культурная динамика» и «Общество, культура и личность») П. Сорокин продолжал развивать представления о механизмах социальной интеграции. В общественной жизни, считал он, можно выделить три вида явлений: материальные, органические и надорганические (нормы и ценности). Надорганические явления, конечно, основные, т.к. они являются носителями «значений». Социолога интересуют не физические и биологические черты индивидов, а то, что они выступают монархами и подданными, верующими и атеистами, генералами и солдатами, родителями и детьми, святыми и грешниками, капиталистами и рабочими, судьями и преступниками и т.п. А за этими различиями стоят «значения», которые им приписываются людьми.

П. Сорокин выделял разного рода связи, возникающие в обществе:

  • пространственные или механические связи, возникающие в том случае, если совмещены различные явления;
  • ассоциации, формирующиеся под воздействием внешних факторов (климат, тип жилища, одежды);
  • «каузально-функциональные» связи, объединяющие социальные и культурные явления в реальную систему (рост преступности, милитаризации общества, вертикальная мобильность — простейший пример таких причинно-функциональных связей);
  • «логико-значимые» виды связей, являющиеся высшей формой интеграции, системности общества, возникают на основе «тождественности» значений. Этот вид связей объединяет явления в типичные формы и значимые модели и формирует духовные культурные системы.

П. Сорокин критиковал господствовавшую в США эмпирическую тенденцию в социологии с ее преимущественным интересом к отдельному индивиду и рассматривал социальную действительность с позиций социального реализма. Для него исходным моментом было постулирование существования сверхиндивидуальной социокультурной реальности, несводимой к материальной реальности и наделенной системой значений. Он считал, что интегральная социология должна охватить в своем исследовании все социологические аспекты широко понятой культуры. Он не сводил социальное целое только к структурно-функциональным связям [4].

Таким образом, в общественной жизни П. Сорокин выделял:

  • социальное — формы человеческой деятельности (роль, статус, группа, институт);
  • культурное — результаты и условия человеческой деятельности (мир ценностей, значений и символов). Социальное и культурное в интегральной социологии П. Сорокина предполагают друг друга и сливаются в социокультурные единства — социокультурные системы.

Интегралистские тенденции в творчестве П. Сорокина окончательно оформляются в законченную теоретическую модель в его работе «Социальная и культурная динамика», которая стала главным трудом ученого. Эта работа аккумулировала идеи почти всех отраслей гуманитарного знания. П. Сорокин различал социокультурные феномены различных уровней. В любой период истории, считал он, сосуществует пять основных, стремящихся к постоянству культурных систем низкого уровня: язык, этика, религия, искусство, наука. Интегрирующим понятием его главной работы стало понятие «социокультурная система», сфера действия которой распространяется на общество. По П. Сорокину, социокультурные системы возникают в результате сочетания различных комбинаций между двумя важнейшими типами интеграционных связей — каузально-функциональными и логико-значимыми. Суперсистемы различаются методами познания, а их ядром он считал мировоззрение.

П. Сорокин выделял несколько типов социокультурных суперсистем, имевших место в мировой истории:

  • «чувственная» суперсистема — реальность воспринимается непосредственно чувствами;
  • «умозрительная» — реальность познается при помощи интуиции;
  • «идеалистическая» — рассматривалась как комбинация двух первых видов систем.

В различные периоды истории эти суперсистемы находятся в различных стадиях своего развития. Господствующее в обществе мировоззрение и организованная вокруг него социокультурная система постепенно исчерпывают свои возможности для познания реальности и заменяются одним из двух других альтернативных мировоззрений.

В книге «Социальная и культурная динамика» Сорокин разработал новую концепцию исторического развития культуры, положив в ее основу теорию социокультурной динамики. Он рассматривает изменения в обществе как закономерный диалектический процесс колебательного характера. Совершают эти циклические колебания социокультурные системы, ядром которых являются определенные мировоззрения.

Изменения в обществе, считал П. Сорокин, происходят ритмически и периодично, что он стремился показать на огромном фактическом материале. Для завершения работ, под которые Гарвардский университет выделил колоссальный по тем временам гранд в размере десяти тысяч долларов, Сорокин привлек многих из русских ученых-эмигрантов и своих гарвардских учеников, среди которых был и Р. Мертон. В целях подтверждения своих гипотез эмпирическими фактами он собрал коллектив известных ученых. Здесь были специалисты по истории живописи, скульптуры, зодчества, музыки, литературы, естественных наук, философии, экономики, религии, этики, права, войн, революций.

Для подтверждения своих гипотез Питирим Сорокин приводит в этой работе сотни таблиц, каждой из которых обобщала длинные временные ряды исторических данных по многим социокультурным процессам. Никому из своих экспертов, как об этом пишет Сорокин в своей автобиографии, он не сообщал, для чего ему необходимы статистические таблицы и выкладки фактов по тем или иным социокультурным процессам. На основе обобщения эмпирического материала П. Сорокин пытался выявить и объяснить ритмическую закономерность социокультурных изменений (в том числе изменения профилей стратификации).

Длительность динамических циклов в социокультурных процессах у него больше, чем у конъюнктурных волн известного русского экономиста Н. Кондратьева. В своей четырехтомной работе П. Сорокин стремился показать на историко-эмпирическом материале, что процесс перехода от одной суперсистемы к другой сопровождается культурным кризисом: радикальным изменением социальных институтов, ценностей и норм, что, естественно, влияет на поведение людей. Согласно П. Сорокину, первая мировая война и Октябрьская революция явились результатом колоссальных переворотов в социокультурной системе западного общества.

Работа П. Сорокина «Социальная и культурная динамика» — беспрецедентный по объему и эмпирическому охвату социологический труд, который в этом смысле сопоставляют с «Капиталом» К. Маркса и «Трактатом по общей социологии» В. Парето. Структура четырехтомника выглядит следующим образом: том 1: «Изменения форм искусства», 745 стр.; том 2: «Изменения систем истин, этики и права» 727 стр.; том 3: «Изменения общественных отношений, циклы войн и революций», 636 стр.; том 4: «Основные проблемы, принципы и методы», 804 стр. Несмотря на неоднозначную оценку «Социальной и культурной динамики» в момент ее выхода в свет, концепция социокультурной динамики П. Сорокина до настоящего времени высоко ценится в мировой социологии, также как и его эмпирические исследования социальной стратификации и социальной мобильности.

Обобщая все сказанное о сложной и противоречивой личности и творчестве американского социолога русского происхождения П. Сорокина, можно отметить, что

  • социология П. Сорокина справедливо получила название интегральной: уже в ранних работах он сформулировал принципы, которым следовал все последующие годы; его исследование включало в актив социологического анализа все лучшие достижения гуманитарных дисциплин того периода времени;
  • хотя научная система П. Сорокина основывалась на общих интегральных идеях, она претерпела существенные изменения — от традиционного для социальной мысли рубежа веков исследования в духе неопозитивистско-бихевиористского анализа до глобального макросоциологического анализа более позднего периода, когда исходной единицей исследований социолога становится цивилизация;
  • если в ранней социологии русского периода П. Сорокин выступал с позиций скорее системно-функционального анализа, то в гарвардский период творчества он пополняет свой творческий арсенал социокультурным анализом мира, что выгодно отличало его исследования более богатым видением реальности от школы структурного функционализма Т. Парсонса, занимавшей доминирующие позиции в американской социологии;
  • первым в социологии ХХ в. П. Сорокин предложил системный подход к исследованию социальной стратификации и социальной мобильности; проанализировал огромный эмпирический материал, характеризующий исторические изменения в этой области; разработал методику измерения социальной стратификации, которая не потеряла своей актуальности до настоящего времени;
  • в то время, когда проблема социальных изменений почти не привлекала внимания западных социологов, П. Сорокин разработал своеобразную модель социальной динамики, в основу которой положил теорию социокультурных измерений; он обратил внимание на нелинейный характер процессов общественного развития, проблемы переходного состояния общества [5].

Теория стратификации Питирима Сорокина

В западной социологии высоко ценится вклад в теорию социальной стратификации американского социолога русского происхождения Питирима Сорокина. «Русский американец» известен не только как автор концепции социокультурной динамики, но и как создатель динамической модели социальной стратификации. Он ввел в мировую социологию два важнейших понятия, без которых сегодня не обходится ни одно исследование по проблемам стратификации — «социальное пространство» и «социальная мобильность». По данной теме наиболее значительны работы П. Сорокина «Система социологии» (1920) и «Социальная мобильность» (1927).

Понятие «социальное пространство» стало одним из наиболее важных в социологии XX века. Одним из первых его стал использовать еще в петербургский период своей деятельности П. Сорокин. Он ввел это понятие в связи с разработкой концепции социальной стратификации и социальной мобильности. По его мнению, и то, и другое характеризует определенное положение индивида (группы), или изменение этого положения в некоторой системе, с помощью которой обозначается социальное пространство, охватывающее все сложное переплетение социальных связей между людьми.

При характеристике социального пространства П. Сорокин настойчиво подчеркивал, что социальное пространство в корне отличается от геометрического. Действительно, человек может преодолеть тысячи километров геометрического пространства, не изменяя при этом своего положения в социальном отношении. И, наоборот, оставшись на одной и той же долготе и широте, он может радикально изменить свое место в социальной жизни, успешно продвинуться по «социальной лестнице», «сделать карьеру». Люди, находящиеся вблизи друг от друга в геометрическом пространстве, — раб и рабовладелец, феодал и его крепостной в социальном плане отделены друг от друга огромной дистанцией. А вот люди, находящиеся очень далеко, — могут быть близки по своему социальному положению [6].

Отличительные особенности социального пространства человеческой жизни, по мнению П. Сорокина, состоят в следующем:

  • отношение людей в социальном пространстве определенным образом иерархизированы (стратифицированы) — есть «верх» и есть «низ». Следовательно, существует возможность социального перемещения как в вертикальном, так и в горизонтальном направлении. Возможностей перемещений в социальном пространстве тем больше, чем более «открыто» общество, чем меньше в нем социальных перегородок, так называемых «предписанных» позиций;
  • вторая особенность социального пространства заключается в его «многомерности». В этом и состоит отличие социального от эвклидова геометрического пространства, которое трехмерно. Для уточнения геометрического местонахождения предмета мы должны знать, на каком континенте и в какой его точке находится интересующий нас объект, на какой широте и долготе, к северу или к югу, западу или востоку от избранной точки отсчёта [7].

Ориентироваться в сложном переплетении социальных связей, образующих социальное пространство человеческой жизни помогает особая система координат. Исходными точками отсчета положения человека в социальном пространстве П. Сорокин предложил считать:

  • отношение человека к определенным социальным группам, т.е. установление его связей со всеми группами населения;
  • отношение этих групп друг к другу;
  • положение и функции человека в пределах каждой из основных групп.

Какова структура социального пространства? Каковы формы и направления социального расслоения? На какие конкретные слои и группы дифференцируется общество? Как индивиды циркулируют в слоях, а группы в структуре? Ответы на эти вопросы П. Сорокин пытался дать уже в своей ранней социологии. В работе «Система социологии» он выделял несколько уровней социального взаимодействия:

  • межиндивидуальные взаимодействия — первый уровень социального взаимодействия в обществе, на котором оно оформляется в социальные группы; «элементарные группы» представляют собой единение людей вокруг одного из признаков (пола, возраста, языка, профессии, веры, доходов и т.д.);
  • межгрупповые отношения — второй уровень социального взаимодействия, в результате которого в своеобразно исторических условиях возникают напластования и комбинации различных групп;
  • отношения между «кумулятивными» группами — третий уровень социального взаимодействия; к кумулятивным группам он относил группы, объединенные вокруг нескольких признаков (классы, нации, народности, элиты и т.п.).

Социальное пространство, по П. Сорокину, и есть общая совокупность всех перечисленных социальных образований, которые он скрупулезно анализировал уже в петербургский период своего творчества. П. Сорокин дал описание элементарных групп, включающих в себя разнообразные расовые, половые, возрастные, семейные, языковые, профессиональные, территориальные, религиозные, партийные, статусные, государственные общности. Предметом специального изучения стали у него семья и профессиональные группировки. Он пытался описывать те группы, которыми русские социологи до него не занимались, — его описание элит стало первым и единственным в российской литературе той поры.

П. Сорокин внимательно анализировал кумулятивные группы, каждая из которых объединяет несколько элементарных групп в единое целое. Особое внимание он уделял и таким разновидностям этих групп, как классы. В русской социологии до П. Сорокина было несколько попыток определения того, что представляет собой класс. Однако исследователи абсолютизировали какой-то один определенный признак и игнорировали другие. Например, в «распределительной» теории (М. Туган-Барановского, П. Струве) обращалось внимание на общие экономические интересы, объединяющие класс; в «организационной теории» (А. Богданова) — на роль класса в организации общественной жизни и т.п. В отличие от них, П. Сорокин определял класс на основе комплексного анализа многих его признаков. Класс — это «кумулятивная» группа, которая сочетает в себе три «элементарных» группировки — профессиональную, имущественную, правовую — и получает в силу этого объединения новые социально-психические, идеологические и иные характеристики [8].

В русской социологии до П. Сорокина не было столь развернутого атласа социальной статики. Отдельными группами занимались, но уже ранние исследования П. Сорокина по проблеме социальной стратификации отличало стремление систематизировать все данные об отдельных группах в одно целое. В петербургский период он, по существу, изложил основы теории социальной стратификации, которые затем были завершены в работе «Социальная мобильность», изданной им в США.

В условиях, когда в западной социологии еще мало занимались эмпирическими исследованиями социальных структур, П. Сорокин разработал методику эмпирического измерения положения человека в социальном пространстве. Хотя он постоянно подчеркивал, что социальное пространство сложнее и многомернее эвклидова геометрического пространства, но предложил в целях его эмпирического измерения условно рассматривать социальное пространство как трехмерное.

П. Сорокин обозначил три основные координатные оси для измерения социального пространства — экономическую, политическую и профессиональную, которые соответствуют трем важнейшим сферам человеческой деятельности. Здесь он выступил как преемник идей М. Вебера. Положение (социальный статус) любого индивида в социальном пространстве, считал П. Сорокин, можно описывать с помощью трех координат на этих осях социального пространства. Соответственно он различал три основные формы стратификации: экономическую, политическую и профессиональную. На основании большого исторического материала П. Сорокин подробно проанализировал тенденции изменения высоты профиля экономической, политической и профессиональной стратификации в работе «Социальная мобильность».

Экономическая стратификация. П. Сорокин пришел к выводу, что в обществе нельзя выявить устойчивой тенденции ни к обогащению, ни к обнищанию. В истории любого общества существуют циклы, в которых усиление экономического неравенства сменяется его ослаблением. При относительно стабильных социальных условиях высота профиля экономической стратификации колеблется в определенных пределах. Радикальные изменения в экономической стратификации происходят тогда, когда рушится старое социальное здание, т.е. социальная структура. Если общество не погибает, то на некоторое время появляется более «плоскостная» конфигурация социальной стратификации, т.е. социальное неравенство уменьшается (низвергаются верхние слои, нищает значительная часть населения). Однако в результате развивающейся экономической дифференциации формируются более высокий профиль стратификации.

Профиль политической стратификаций, считал П. Сорокин, более подвижен и колеблется в более широких пределах, чем профиль экономической стратификации. В любом обществе постоянно идет борьба между силами политического выравнивания и силами стратификации. Иногда побеждают одни, иногда — другие. Когда колебание профиля в одном из направлений становится слишком сильным и резким, то противоположные силы разными способами увеличивают свое давление и приводят профиль стратификации к точке равновесия.

Многие исследователи считали и считают, что исторический процесс свидетельствует о наличии тенденции к уменьшению политической иерархии и усилению политического «выраванивания» (уменьшение высоты и рельефности пирамиды). А вот П. Сорокин стремился доказать на опыте развития европейских государств, что не существует никакой постоянной тенденции перехода от правления меньшинства к правлению большинства, как и тенденции ограничения государственного вмешательства в жизнь общества. В то же время он не выявил в истории и постоянной тенденции к возвышению профиля политической стратификации. В изменениях профиля политической стратификации, пришел к выводу П. Сорокин, нет постоянных тенденций, они колеблются от страны к стране, от одного периода к другому.

Профессиональная стратификация связана с разделением труда, т.е. сферой приложения, видами и характером труда, иерархией профессиональных статусов, уровнем квалификации и профессиональными навыками, профессиональным образованием. Она проявляется в двух основных формах: межпрофессиональной и внутрипрофессиональной. Исходные посылки, предложенные П. Сорокиным для измерения профессиональной стратификации, сохраняются и в современных социологических исследованиях.

Когда анализируют стратификацию в профессиональном разрезе, то соответственно выделяют слои: работники тяжелой промышленности; работники сферы обслуживания; лица со средним специальным образованием и т.д. Можно рассматривать также группы «профессионалов», «полупрофессионалов», «квалифицированного труда», «полуквалифицированного труда», «неквалифицированного труда». Вместе с тем измерение этого вида социальной стратификации изменилось.

Современным исследователям не представляется убедительным предложенный П. Сорокиным критерий замера профессиональной стратификации, который он определял как уровень интеллекта, необходимый для выполнения данной профессиональной обязанности. Дело в том, что среди существующих сегодня методик измерения интеллекта можно встретить немало весьма противоречивых. Кроме того, они предназначены для измерения — наличного интеллекта конкретного индивида, а не для того, чтобы определить уровень интеллекта, требуемого для исполнения данных профессиональных обязанностей.

П. Сорокин, вслед за М. Вебером, одним из первых обратил внимание на то, что процессы стратификации выступают как исключительно многомерное явление. В действительности, положение каждого человека определяется множеством признаков и является результатом целого ряда факторов и условий жизни. Страта, выделенная по одному критерию, одновременно характеризуется целым рядом других эмпирических показателей. В реальной жизни все эти измерения стратификации тесно переплетены, что позволило П. Сорокину говорить о многомерной стратификации.

Статусное положение индивида или группы нельзя определить как нечто однозначное. «Люди, принадлежащие к высшему слою в каком-то одном отношении, — писал П. Сорокин, — обычно принадлежат к тому же слою и по другим параметрам, и наоборот. Представители высших экономических слоев одновременно относятся к высшим политическим и профессиональным слоям. Неимущие же, как правило, лишены гражданских прав и находятся в низших слоях профессиональной иерархии. Таково общее правило, хотя существует и немало исключений. Так, к примеру, самые богатые далеко не всегда находятся у вершины политической или профессиональной пирамиды, также и не во всех случаях бедняки занимают самые низкие места в политической и профессиональной... Этот факт не позволяет нам проанализировать все три основные формы социальной стратификации совместно». (51, с. 303).

Полное представление о характере социальной стратификации конкретного общества, считал П. Сорокин, можно составить лишь посредством рассмотрения ее динамической стороны, выражаемой понятием «социальная мобильность».

Поскольку отношения людей в социальной пространстве определенным образом иерархизированы (есть «верх» и есть «низ»), то социальные позиции различаются по их престижу. Следовательно, люди часто стремятся не только к сохранению, но и к изменению своего положения в социальной структуре (в лучшую, с их точки зрения, сторону).

Мобильность может быть как индивидуальной, так и групповой, семейной. Различают интергенерационную (между поколениями) мобильность — перемену социального положения от отца к сыну и интрагенерационную (внутри поколения) мобильность — индивидуальную карьеру, связанную с социальным восхождением или нисхождением.

Понятием «социальная мобильность» характеризуют социальные перемещения по всем осям координат социального пространства общественной жизни. По направлению перемещения социальная мобильность бывает горизонтальной и вертикальной, а последняя — восходящей или нисходящей:

  • горизонтальная мобильность имеет место тогда, когда новое положение человека не изменяет его места в социальной иерархии, т.е. совершается переход из одной социальной группы в другую на одном уровне. Например, переход из токарей во фрезеровщики, перемещение в территориальном плане или изменение географического места жительства, если они не связаны с изменениями социальных условий;
  • вертикальная мобильность означает смену иерархических позиций в обществе. Социальный подъем или спуск из одного социального слоя в другой — это восходящая или нисходящая вертикальная мобильность:

а) восходящая мобильность — продвижение людей к позициям с более высоким престижем, доходом, властью — вверх по социальной лестнице (рабочий — бригадир — начальник смены — директор). Примером восходящей мобильности является успешная социальная карьера. Получение диплома также означает случай восходящей индивидуальной мобильности по критерию формальной квалификации.

б) нисходящая мобильность — перемещение на более «низкие» позиции, т.е. имеющие более низкий престиж, доход, уровень жизни. Перемещение вниз по социальной лестнице часто называют «социальным спуском». Крайний пример нисходящей мобильности — падение на «социальное дно».

Никогда не существовало абсолютно неподвижного общества, и социальная мобильность никогда не была абсолютно свободной. «В истории социальных организмов, — приходит к выводу Сорокин, — улавливаются ритмы сравнительно подвижных и неподвижных периодов. В этих изменениях не существует постоянной тенденции ни к усилению, ни к ослаблению вертикальной мобильности» (51, с. 392). Уровень социальной мобильности обозначают понятием «закрытости» или «открытости» общества:

  • «закрытым» принято рассматривать такое общество, в котором социальные передвижение существенно ограничены. Престижные позиции монополизируются отдельными относительно замкнутыми группами (могут передаваться по наследству);
  • «открытым» обществом считается такое, где возможности социальной мобильности достаточно широки, и индивиды (группы) могут свободно (на основе собственных достижений) передвигаться по ступеням общественной иерархии.

«Закрытый» тип общества присущ прежде всего доиндустриальным системам. Обычно в качестве классического примера «закрытого» общества называют кастовый строй в Индии, «открытого» — буржуазные демократии, для которых характерно отсутствие формальных ограничений для продвижения по социальной лестнице. П. Сорокин в свое время дал очень образное сравнение этих типов социальной стратификации.

Посредством каких общественных институтов осуществляются социальные перемещения индивидов, или даже групп, с одних социальных позиций на другие? Среди наиболее важных каналов социальной мобильности — своего рода социальных «лифтов» — П. Сорокин называл армию, церковь, школу, политику, морганистические браки, богатство. В современных обществах традиционные роли, например, религиозные, военные и правительственные, продолжают служить каналами мобильности в модернизированной форме. Однако больший объем мобильности сегодня осуществляется через профессиональные роли, связанные с получением образования. Возрастающее значение образования в процессах социальной мобильности стало, как было подмечено П. Сорокиным, определяющим фактором динамики социальных структур в современных обществах [9].

Заключение

Таким образом, П. Сорокин, рассматривая стратификацию трех видов — экономическую, политическую и профессиональную, по существу предлагал оценивать расслоение и неравенство в обществе по критериям дохода и богатства, т.е. накопления; по критериям влияния на поведение членов общества (политическая стратификация) и по критериям, связанным с успешным выполнением социальных ролей (профессиональная стратификация). Эти идеи П. Сорокина получили дальнейшее развитие в Гарвардской школе американской социологии, развивавшей идею структурного функционализма.

Список использованной литературы

  1. Громов И., Мацкевич А., Семенов С. Западная социология. — СПб., 1997.
  2. Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.
  3. Новикова С. История развития социологии в России. — М., 1996.
  4. Сорокин П.А. Общедоступный учебник социологии. — М., 1994.

Сноски

[1] Новикова С. История развития социологии в России. — М., 1996. — с.74.

[2] Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.- с.52-53.

[3] Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.- с.53-54.

[4] Новикова С. История развития социологии в России. — М., 1996. — с. 34

[5] Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.- с.55-56.

[6] Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.- с.56-57.

[7] Сорокин П.А. Общедоступный учебник социологии. — М., 1994. — с.154.

[8] Громов И., Мацкевич А., Семенов С. Западная социология. — СПб., 1997 — с.78-79.

[9] Канашевич Н.М. Социология. Вопросы теории и методологии: Монография. — Могилёв: Изд-во МГУ им. А.А. Кулешова — 1999.- с.57-62.

Похожие работы