Публикации

Введение

Происходящие в обществе на современном этапе исторического развития противоречивые процессы преобразований и реформирования всей системы социальных отношений породили острую потребность в создании оптимальной модели общественного переустройства. На путях поиска подобной модели практики и теоретики обращаются к различным историческим источникам, в том числе и к российскому либеральному историко-теоретическому государствоведению.

Общественный и академический интерес, проявившийся в последнее время к государствоведческой идее русского политического либерализма, не случаен. В теоретической модели, представленной либералами пореформенной России, в наиболее концептуально разработанном виде была отражена ведущая тенденция мирового общественного развития на ближайшую историческую перспективу, были намечены (с учетом предшествующего исторического опыта) наиболее оптимальные, а самое главное, ненасильственные, конституционно-парламентские пути ее разрешения. В основу этой модели была положена идея о государстве как главном орудии общественного прогресса, которая логически вытекала из их концепции исторического развития России. Русскому либеральному государствоведению удалось синтезировать западноевропейские идеи с отечественными национальными идеями и в результате создать плюралистическую модель общественного прогресса применительно к историческим реалиям начала XX века.

В духовной жизни нашего общества исключительное место сегодня занимают многообразные и достаточно противоречивые процессы возрождения национально-исторического самосознания. В этой ситуации возрастает актуальность органического усвоения интеллектуального наследия прошлого, в том числе и российского. Все явственнее обнаруживается, что зрелость и глубина идей русской либеральной государствоведческой мысли (о человеческой свободе; взаимоотношениях личности, общества и государства; правах и свободах человека и гражданина и их конституционных гарантиях; месте и роли государства в условиях общественных преобразований; правовом государстве и др.) столь существенны и значительны, что они могут стать и уже становятся одними из действенных факторов и аргументов современного научного поиска, общественного и личностного самосознания и социальной практики.

Научная историография русской либеральной политической мысли, в том числе и государствоведческой, имеет сегодня на своем счету немало достижений и серьезных исследовательских результатов. Вместе с тем сложившаяся ситуация в ней показала, что в последнее время обсуждение проблем изучения либеральной доктрины дореволюционной России вызывает глубокую озабоченность специалистов. По их мнению, объективная оценка либерализма и его роли в общественной жизни России осложнена рядом обстоятельств. Первое из них связано с тем, что либерализм здесь изначально оказался «зажатым» между двумя противоборствующими направлениями: господствующим, реакционно-консервативным, отстаивающим незыблемость самодержавия, и революционно-демократическим, сделавшим ставку на насильственное, революционное изменение социально-политического строя. В этом противостоянии представители первого видели в либерализме «крамолу», второе — соглашательство и оппортунизм.

Второе обстоятельство, осложняющее объективную оценку российской либеральной государствоведческой мысли, обусловлено прочным стереотипом марксистско-ленинской критики этого течения, канонизированным официальной идеологией. Жесткая демаркационная линия по отношению к историческому либеральному наследию, проведенная В.И.Лениным между революционно-демократическими и консервативно-охранительными силами, прочно вошла в менталитет нашего общества, в духе которого приверженность к насильственным методам ниспровержения старого строя оценивалась положительно, а ориентация на реформы сугубо негативно; как реакционная утопия, прикрывающая соглашательство с реакционно-монархическими силами.

Наконец, либерализм было принято относить к западническим влияниям, перенесенным на русскую почву, но не привившимся на ней. [384, c.67-68; 498, c.4; 111, с.3]. Подобные подходы могут и впредь способствовать закреплению в научной и дидактической литературе одностороннего взгляда на многокрасочную палитру русской либеральной политико-государственной мысли второй половины XIX — начала XX века. В этом контексте активизация исследований научно-теоретического наследия русского либерального государствоведения указанного периода оказывается одним из необходимых условий для решения новых исследовательских задач, которые ставятся сегодня перед научной историографией российской политической и государствоведческой мысли.

Философия и теория, программные принципы и установки российской либеральной государствоведческой мысли второй половины XIX — начала XX века представляются значимыми по следующим причинам:

1) в трудах русских либеральных государствоведов было дано оригинальное, концептуальное, целостное осмысление места и роли государства в условиях начавшихся реформ и общественных преобразований, впервые осуществленное на базе адекватного научно-исследовательского инструментария. Исходным принципом концептуального подхода стал принцип личности и её свободы;

2) разрабатывая собственный вариант государства и развития российского общества, они внесли значительный вклад в осмысление таких общетеоретических проблем, как: соотношение политики и права, взаимоотношений личности, общества и государства, властных притязаний и прав человека и гражданина, юридических и социально-политических гарантий последних, правовых форм организации публичной политической власти и др;

3) либеральная концепция государства имела вместе с тем и философский статус, явившись одним из вариантов ответа на остро поставленный мировоззренческий вопрос «о смысле существования России во всемирной истории» [519, с.219];

4) в логико-методологическом и социокультурном плане заслуживают внимания исходные исследовательские принципы и аксиологические установки российских либеральных государствоведов: гносеологический плюрализм, нацеленность на научное, объективное осмысление социально-политических и правовых процессов общественной жизни, руководствование в исследовательской практике идеалами гуманизма, человеческой свободы, равенства и справедливости. Российские либералы-государствоведы считали, что при соблюдении определенных принципов и условий государство способно выполнять в обществе свою цивилизующую роль;

5) можно утверждать, что модель государства, созданная русскими либеральными учеными-государствоведами, в науковедческом аспекте представляет собой завершенную конструкцию научного поиска со своим предметом изучения, принципами исследования, целевыми установками;

6) концепция русского либерального государствоведения представляет прежде всего известный интерес тем, что в ней выражен идеал нравственно-правовой организации общественной и государственной жизни как одной из важных целей исторического развития, и мысль о необходимости совпадения с идеалом способа исторического действия, выступающего средством достижения цели.

Из сказанного вытекает, что теоретическая мысль российского либерального государствоведения в лице его крупнейших представителей второй половины XIX — начала XX века является весомой и значимой. Однако внимание, уделяемое данному вопросу специалистами по истории политической мысли России, явно недостаточное.

Обзор источников и литературы по вопросу о государстве в либеральной политической мысли России второй половины XIX — начала XX века показывает, что вопрос этот имеет длительную историю осмысления. Её изучение позволяет выделить три временных этапа: 1) дооктябрьский; 2) советский; 3) постсоветский. Каждый из них обладает своей историографической спецификой, обусловленной особенностями этапного исторического развития, но все они объединены тематически.

Дооктябрьский период. Изучение государствоведческой проблематики фактически началось уже во времена пореформенной России, т.е. при жизни творцов самой концепции либерального государства. Это было связано с тем, что в условиях преодоления системного кризиса и начавшейся модернизации общества остро встал вопрос об эффективности государственного управления. Настоятельная практическая потребность повлекла к жизни различные идейно-теоретические вариации её обоснования, среди которых одной из наиболее влиятельных была либеральная. Её представители, размышляя о феномене государства, давали оценки суждениям своих предшественников и современников. Тем самым они начинали создавать историографическую традицию.

Анализ дореволюционной литературы позволяет говорить о трех основных направлениях дооктябрьской историографической традиции: а) личностном; б) проблемном; в) концептуальном. Наиболее полновесно в количественном отношении среди них представлено первое — персоналистское, характеризующее в той или иной мере крупнейшие фигуры русского политического либерализма [20, с.193-220; 42, с.28-56; 120, с.163-167; 279; 294, с.128-133; 256, с.24-38; 332; 374; 559].

Биографическая, мемуарная, некрологовая и иная литература ценна тем, что она помогает, в первую очередь, лучше усвоить основные вехи интеллектуального творчества ученых, основательней разобраться в «скрытой» мотивации их теоретических текстов, согласиться или усомниться в итоговых оценках. Например: Бердяев о Чичерине. В известной работе «Русская идея» он императивно утверждает, что для Чичерина «государство есть ценность высшая, чем человеческая личность» [41, с.96]. Вместе с тем здесь же Бердяев заявляет: «Единственным философом либерализма можно было бы назвать Б.Чичерина» [41, с.96], что является признанием в его творчестве в качестве основополагающего принцип человеческой личности. Подобная безапелляционность высказываний заставляет более внимательно вчитываться в оригинальный авторский текст и стимулирует к продуктивности размышлений.

Иной уровень изучения государства дореволюционными учеными отражал проблемный подход. Его применение позволяло выявить стержневые, системосозидающие элементы общей концепции государства. К таковым они, в частности, относили власть. Проблема власти рассматривалась многими русскими государствоведами — А.Л.Блоком, А.Д.Градовским, Н.А.Захаровым, Н.М.Коркуновым, С.А.Котляровским, Ф.В.Тарановским, А.С.Алексеевым, В.А.Савальским [44; 152; 190; 284; 296; 285; 541; 12, с.57-88]. Определенные итоги в аналитике власти в либеральном государствоведении начала XX веках представлены в работах Б.А.Кистяковского — «Государственное право (общее и русское)» (1908 г.) и «Социальные науки и право. Очерки по методологии и общей теории права» (1916 г.). В этих работах феномен власти был подвергнут многоаспектному анализу, в том числе и историографическому.

В историографическом обзоре Б.А.Кистяковский рассмотрел ряд известных в то время работ отечественных авторов -Н.И.Палиенко, Н.М.Коркунова, Г.Ф.Шершеневича, Е.В.Васьковского, Л.И.Петражицкого, С.А.Муромцева, Ф.В.Тарановского, П.И.Новгородцева, В.В.Ивановского, Ф.Ф.Кокошкина, С.Л.Франка [107; 206; 284; 363; 280; 375; 398; 410; 541; 617; 566]. Показав в них определенные достоинства и недостатки, он пришел к выводу: в российской государствоведческой литературе под влиянием общетеоретического и юридического позитивизма стал преобладать формально-юридический подход, что привело в исследованиях власти к определенной асимметрии. На первый план стали выдвигаться формальные, нормативные принципы и признаки, на последний — существенные, содержательные.

В результате была затруднена возможность адекватного восприятия реальных противоречивых властепроцессов и их соответствующей теоретической оценки. Для преломления наметившейся тенденции в литературе, заключал Б.А.Кистяковский, необходима иная исходная позиция: «вопрос о существе государственной власти есть вопрос не государственно-правовой догматики, а общего учения о государстве. Решить этот вопрос мы сможем только тогда, когда наряду с юридико-догматическими исследованиями будут произведены историко-политические, социологические, психологические и философско-идеологические исследования, направленные на государственную власть и её правовое выражение». И далее: «Для государства имеют значение все стороны власти и все составные элементы её, и потому исследование должно быть направлено на проблему власти в целом» [256; 257]. Замечу ещё раз, что приведенное заключение русского государствоведа являлось не случайным; оно подводило определенные итоги в развитии российской государствоведческой мысли. Представителей этой мысли явно не удовлетворял формально-юридический метод, а суждение о необходимости создания «общего учения о государстве» фактически означало признание необходимости создания новой дисциплины в российском обществоведении — политологии. (Здесь уместно привести мнение современных политологов о том, что в истории политической мысли «политика понималась как учение о государстве, и притом до самого конца XIX в.» [22, с.3]). Основу этой дисциплины и должно было составить учение о государстве как институционализированном олицетворении власти, решающей проблему взаимоотношений с личностью и обществом. А эта проблема являлась определяющей для становления и развития науки о политике. Подобное изменение взгляда на власть и государство требовало и нового осмысления концептуальных основ и подходов.

Первые шаги в этом направлении можно проследить при рассмотрении работ П.Н.Струве об эволюции российского либерализма и Б.Н.Чичерине как ключевой фигуре в нем. Впервые анализируя его творчество в статье «Б.Н.Чичерин и его обращение к прошлому» (1897 г.), он характеризует его как идеолога классического этапа русского либерализма, который привнес в него изрядную дозу консервативного начала. Именно П.Н.Струве отметил, что в 60-х годах прошлого столетия Б.Н.Чичерин — впервые в истории политической мысли — ввел и обосновал термин «консервативный («охранительный») либерализм как сочетание позитивных сторон либерализма и «реалистического» консерватизма [533, с.86, 90, 91]. У Б.Н.Чичерина он проявлялся в том, что в эпоху великих реформ, будучи либеральным консерватором, он боролся с крайностями либерализма и радикализмом общественного мнения; когда же власть упорствовала в реакции, он выступал как консервативный либерал, отстаивая осуществляемые либеральные реформы [533]. Другими словами, Б.Н.Чичерин стремился к органическому сочетанию двух начал свободы и порядка.

Разъясняя причины невостребованности консервативного либерализма Б.Н.Чичерина в российском обществе в 60-80-е г., П.Н.Струве, на наш взгляд, сделал важный социально-политический вывод о необходимости развития либерализма, что позволило бы успешно решать сложные задачи переходного периода российского общества. Чичеринский интеллектуальный потенциал, по его мнению, как раз-таки и мог во многом способствовать решению этих задач [533].

Эвристичность его духовного потенциала, в первую очередь, заключалась в постановке ключевых вопросов, актуальных для социальной практики и теории. В связи с этим П.Н.Струве писал: «Осмысливая культурное и государственное развитие России, мы видим в нем в своеобразном сочетании и переплетении две основные проблемы: СВОБОДЫ И ВЛАСТИ». И далее: «Перед русской общественной мыслью с первых времен её зарождения стали: 1) проблема освобождения лица и 2) упорядочение государственного властвования, введение его в рамки правомерности и соответствия с потребностями и желаниями населения» [534, с.454, 455].

В работе «Социальный либерализм» П.Н.Струве наряду с западноевропейским характеризует и русский социал-либерализм. Для него это следующий за классическим этап, главная особенность которого заключалась в обосновании права на достойное человеческое существование. Существенную роль при этом сыграли государствоведы — И.П.Покровский и П.Н.Новгородцев, Л.И.Петражицкий и Г.Л.Гурвич, философы В.С.Соловьев и П.Сорокин. Социально-либеральная мысль в лице её достойных представителей, как подчеркивал русский мыслитель, «в области философии и науки о государстве принесла значительные результаты» [535, с.419].

Таким образом в дореволюционной либерально-политической историографии были сделаны первые шаги: анализировались некоторые аспекты политической деятельности и творчества ряда теоретиков русского либерализма, рассматривались некоторые проблемы (но в связи с решением других исследовательских задач), предпринимались попытки определения методики исследования тех или иных сторон идеологии либерализма. Вместе с тем, являясь современниками происходящего, многие дореволюционные авторы не смогли избежать пристрастия и крайностей субъективизма в оценках и выводах; нередко выводные умозаключения не сопровождались соответствующей аргументацией. Главное же в том, что обозначенная выше тема не стала предметом их специального исследования.

Советский период. В этот период изучение темы продолжилось, но осуществлялось оно под сильным влиянием официальных идеологических стандартов, обусловленных характером социально-политического строя в СССР. Наиболее типичными среди них были утверждение об однородной социально-классовой (буржуазной) природе политического либерализма, в том числе и русского, и представление о либерализме как низшем этапе политической идеологии, замыкающем её предысторию и являющемся преддверием её высшего, марксистско-ленинского этапа. Широкое распространение эти стереотипы получили в первые довоенные и послевоенные десятилетия и нашли свое закрепление в дидактической литературе, длительное время преобладавших в ней [237]. Однако это утверждение не умаляет и позитивного; в это время шло постепенное накопление фактологического материала, давались объективные оценки творчества отдельных либеральных деятелей [7, с.72-90; 490; 117; 510].

Либерализация советского политического режима в 70-80-е годы привела к ослаблению детерминанты идеологических штампов. Процесс размывания «идеологической чистоты» особенно усилился со второй половины 80-х годов. В первую очередь это проявилось в количественном отношении: появляются содержательно продуктивные публикации, позитивно оценивающие различные грани либерализма в целом, и политического в частности [507, с.204-254]. Счет этим публикациям шел не на единицы, а на десятки. В стране начинался «Ренессанс» либерализма. Возрождение интереса к либерально-политическим идеям было обусловлено остротой переживаемого системного кризиса, которой потребовал создания нового идейно-теоретического алгоритма социальных решений и действий.

Потребность в новом алгоритме решений повлекла за собой и необходимость в формировании новой познавательной модели. Прежде всего это выразилось в появлении нового направления. Наряду с тремя вышеперечисленными, на рубеже 80-90-х годов четко обозначился междисциплинарный подход. Феномен либерализма попадает в фокус внимания ряда гуманитарных дисциплин: политологии, правоведения, философии, социологии и истории.

В исследованиях политологов — Л.Р.Авдеевой, Г.А.Белова, В.В.Ячевского, Д.Выдрина, В.В.Ведерникова, Ш.М.Левина, Ю.С.Пивоварова, В.Д.Зорькина, В.В.Шамарина [4, с.41-46; 39, с.119-138; 118; с.73-79; 108, с.36-48; 321; 413, с.170-190; 597; 624; 201а] — были очерчены особенности развития политической мысли России, место и удельный вес в ней либерализма. Он стал пониматься как одно из влиятельных идеологических течений, наряду с консерватизмом и радикализмом, в условиях реформации и модернизации общества. Впервые была подчеркнута значимость этой идеологии в общем процесса исторического развития России второй половины XIX — начала XX века. Новизна этих оценок была связана, в первую очередь, с вводом в научный оборот ряда неизвестных ранее работ либеральных теоретиков либерализма и политических программных документов либеральных общественно-партийных организаций. Это позволило специалистам говорить о различных формах либерализма. Политический либерализм стал рассматриваться как совокупность политических субъектов, объектов и отношений между ними. Стали преодолеваться сложившиеся стереотипы в отношении ряда идеологов и политических деятелей русского политического либерализма: Б.Н.Чичерина, К.Д.Кавелина, П.И.Новгородцева, П.Н.Милюкова, П.Н.Струве и др. Анализ их взглядов показывал характерную для политического либерализма проблематику, в том числе и государствоведческую. Государство представлялось как легитимное средство решения наболевших проблем. Но это суждение не ацентировалось, подавалось в связи с решением других исследовательских задач, не получая развертывания и систематики.

Более благоприятная ситуация в этот период складывалась в политико-правовой литературе. Несмотря на перерывы в продолжении дореволюционной традиции, и в отличии от политологии, переживавшей нелегкие времена статусного и организационного утверждения и становления, историко-теоретическая политико-правовая мысль находилась в движении. Это в конечном итоге благоприятно сказалось на количестве и качестве исследований, опубликованных юридическим научным сообществом.

Похожие работы