Публикации

Социальная политика

Следующим технологическим элементом на пути расширения свободы личности российские либеральные теоретики считали активную социальную политику государства. Они исходили из того, что утверждение правового государства как идеала в политической реальности не означало завершения эволюции государственности как таковой. Несмотря на провозглашение гуманистических ценностей, реальная социальная и политическая динамика выявила ряд исторических ограничений, существенных противоречий и даже определенную нереализуемость тех норм и принципов, которые были заложены в основание правового государства. Установление принципов индивидуальной свободы, создание условий для равной конкуренции, а также формирование конституционно-парламентских условий, поддерживающих взаимную ответственность государства и личности, выведя общество на новый уровень его социального и политического развития, тем не менее не привело к всеобщему счастью и благополучию граждан.

Роль государства как политического института не смогла предотвратить издержки реального неравенства сил и способности людей. Формально-правовое равенство индивидов не спасло общество от порой весьма существенной экономической дифференциации доходов его граждан, снижения социальных позиций ряда групп населения, кризисов, ухудшающих социальное положение людей. Своеобразным ответом на эту историческую ограниченность формальных основ правового государства и явилась разработка идеологами русского либерализма теоретических основ программы активной социальной политики государства.

Согласно этой программе государство должно было предоставить каждому гражданину не только приблизительно равные шансы на самореализацию, но и те минимально необходимые условия, которые обеспечили бы ему существование, должный уровень защищенности от общественных катаклизмов, соучастие в управлении делами государства и общества. Устанавливаемые принципы деятельности государства предполагали сознательное выравнивание реальных социальных условий жизни граждан, формирование той духовной и общественной среды, в которой люди чувствовали бы себя не только самостоятельными и активными гражданами, но и защищенными от наиболее жестоких общественных противоречий. Системное теоретическое представление об активной социальной государственной политике дано в работах идеологов русского нового (социального) либерализма и в первую очередь их лидера - П.И.Новгородцева, рассмотрением которых мы и займемся.

Жизнь и деятельность П.И.Новгородцева (1866 - 1924) относится к эпохе, когда все явственнее ощущались необходимость существенного ограничения эгоизма частнопредпринимательского капитализма, обеспечения хотя бы минимальных материальных гарантий неимущих и малоимущих классов, социализации гражданского общества. Классический либерализм XIX века, переживая кризис, оттеснялся концепциями, более соответствующими новой эпохе. Учение П.И.Новгородцева по его программной части не выходило за пределы буржуазной политической идеологии по той простой причине, что не требовало слома развивающего капитализма и замены его другим общественным строем. Однако оно существенно отличалось от предшествующих политических доктрин тем, что обосновало «право на достойное человеческое существование». Идея такого права, впервые сформулированная им в одноименной статье и опубликованная в еженедельнике П.Б.Струве «Полярная звезда» в 1905 г., стала отправной для учения русского государствоведа. Справедливости ради замечу, что в русской литературе авторство этой идеи принадлежит его современнику, известному философу В.С.Соловьеву. Исходя из своей общей установки подчиненности права морали, он и эту идею рассматривал как нравственную. В работе «Оправдание добра» В.С.Соловьев писал: «Правило истинного прогресса состоит в том, чтобы государство как можно менее стесняло внутренний нравственный мир человека,... и, вместе с тем, как можно вернее и шире обеспечило внешние условия для достойного существования и совершенствования людей». И далее: «... безусловность нравственного начала и полнота нравственного порядка непременно требует, чтобы и это отношение было введено в норму добра или совершенства» [522, с.533, 534]. В отличие от него П.И.Новгородцев стал рассматривать эту идею не только сквозь внутренний мир человека, но и через призму политико-правовой жизни людей.

В концепции П.И.Новгородцева идея о достойном человеческом существовании стала примером развития идеи естественного права с изменяющимся содержанием применительно к новым социальным реалиям начала XX века. Имея нравственную природу, это право должно иметь политико-правовое значение. «В этом случае на наших глазах совершается один из тех обычных переходов нравственного сознания в правовое, которыми отмечено прогрессивное развитие права». Содержание права на достойное человеческое существование представляет не «положительное содержание человеческого идеала, ...а отрицание тех условий, которые совершенно исключают возможность достойной человеческой жизни». Необходимо «обеспечить для каждого возможность человеческого существования и освободить от гнета таких условий, которые убивают человека физически и нравственно» [377, с.322].

П.И.Новгородцев одну из первых гарантий, обеспечивающих достойное человеческое существование, видел в создании материальных, экономических условий. Обоснование этой гарантии он начинает с анализа позиции классической либеральной школы по данному вопросу. Выступая за обеспечение формальной свободы, она учила, что экономическая поддержка нуждающихся не является задачей государства и правового обеспечения. «Этому требованию может удовлетворять уже не право, а иное начало - любовь. Тут приходится уже не охранять свободу, а восполнять недостаток средств. Это делается прежде всего частной благотворительностью; там же, где последняя оказывается недостаточной, на помощь приходит государство со своею администрацией. Но в обоих случаях человеколюбие является не нарушением, а восполнением права. Право одно для всех; человеколюбие же имеет в виду только известную часть общества, нуждающуюся в помощи» [588, с.267].

П.И.Новгородцев различал формальное и фактическое обеспечение свободы правом: цель права - охрана свободы, однако пользование этой свободой может быть совершенно парализовано недостатком средств, и в первую очередь, отсутствием материальных условий свободы. «Без этого свобода некоторых может остаться пустым звуком, недосягаемым благом, закрепленным за ними юридически и отнятым фактически». Чтобы свобода не оставалась декларативной гарантией, требовалось правовое обеспечение материальных условий жизни индивидов. «Именно во имя охраны свободы право должно взять на себя заботу о материальных условиях ее осуществления; во имя достоинства личности, оно должно взять на себя заботу об ограждении права на достойное человеческое существование» [377, с.323].

Обоснование такого права потребовало критического переосмысления ряда положений классического либерализма XIX века. В учении русского государствоведа понятие права на достойное человеческое существование охватывает идеи естественного права, политические нормы, содержание относительного и абсолютного идеалов; в то же время реализация этого понятия возможна только в рамках утвердившегося гражданского общества, сущность и цель которого составляет материально и духовно свободная личность. Поэтому его учение можно считать не только разработкой идеи правового государства как идеала, но и выявлением путей осуществления этой идеи посредством его социализации. Отмена государством средневекового неравенства в Новое время привела к ликвидации феодально-сословного строя и провозглашению формального равенства всех перед законом, прав и свобод личности; понятие общества трансформировалось в гражданское с качественно-отличными признаками [124, с.58-62].

Утверждение свободного рыночного капитализма в XIX веке привело к утверждение идеологии свободной конкуренции и накопительства, ставшей основой доктрины классического либерализма. Появление новых тенденций в практике и идеологии капитализма привело к тому, что в конце XIX века начинает оформляться новый тип либерализма - неолиберализм, или «социальный» либерализм. Xарактерными чертами его стали ориентации на социальный реформизм, стремление примирить равенство и свободу, резко противопоставленные классической доктриной, акцент на этику и специфическое общественное благо, не сводимое к бентамовскому «количеству счастливых», сознание того, что либеральный идеал свободы человека не только не отрицает, но наоборот, предполагает меры по защите индивида от обстоятельств, противодействовать которым бессилен. Именно новый либерализм стал важнейшим фактором превращения государства - «ночного сторожа» в социально-правовое государство XX века [423а, с.154-156].

Таким образом, бурное экономическое развитие XIX века выявило необходимость социальных гарантий формально-признанных свобод и прав. Общество еще не имело разработанной системы социальной помощи, рабочего законодательства, массовых и влиятельных организаций рабочего класса, способных отстаивать свои интересы перед собственниками и государством, бороться за нормальные условия труда и быта, заработную плату. Новгородцев в связи с этим отмечал, что установить универсальный критерий определения достойного уровня жизни человека крайне тяжело, ибо потребности людей разнообразны и индивидуальны, но вместе с тем в каждом обществе есть предел, который считается нормой, и есть свой порог, за которым начинается недопустимая крайность. В этом случае право может взять на себя известное обязательство.

Юридическое закрепление права на достойное существование имело и нравственное значение - признание принципа личности и человеческого достоинства. «Высказать в самом законе принцип поддержки всех слабых и беззащитных -это значит возвысить в них чувство собственного достоинства, укрепить сознание, что за них стоит сам закон» [377, с.324]. Так П.И.Новгородцев обосновывал этико-юридическую защиту прав экономически слабой личности в отличие от Б.Н.Чичерина, считавшего, что помощь нуждающимся - дело частной благотворительности, а не положительного права. Фабричное законодательство для него является нарушением справедливости, ибо есть следствие искажения права [588, с.267]. Позиция П.И.Новгородцева иная. Чтобы право на достойное человеческое существование не осталось только нравственным пожеланием, необходимо, чтобы из него вытекали конкретные юридические следствия.

Во-первых, это право на труд и законодательство о рабочих.

Право на труд, по мнению русского государствоведа, уже находило свое закрепление ранее, в ряде актов, и в частности, Декларации от 24 июня 1793 г. (ст.21) и Декларации 1848 г. [283, с.332, 477], однако эти статьи имели «значение скорее нравственного положения, чем юридического принципа» [377, с.325]. В начале XX века в России право на труд признавалось одним из программных положений ряда политических партий [26, с.187-211; 241, с.95, 118]. Таким образом, происходила трансформация естественно-правовых идей в требования политических программ, в законодательные нормы, позволявших отстаивать права личности не только с этических позиций, но и защищать их посредством процессуальных правовых норм.

Актуальным для того времени был вопрос личности и собственности. П.И.Новгородцев следующим образом соотносил эти понятия: «... Правосознание нашего времени выше права собственности ставит право человеческой личности и, во имя свободы, устраняет идею неотчуждаемой собственности, заменяя ее принципом публично-правового регулирования приобретенных с необходимым вознаграждением их обладателей в случае отчуждения» [377, с.325]. Законодательство о рабочих может выстраиваться, согласно П.И.Новгородцеву, на основе общей охраны интересов трудящихся (главное - гарантии от безработицы), к примеру, путем регулирования санитарных условий труда и т.п. (объективное право); и в признании за каждым трудящимся особых субъективных прав, вытекающих из общего понятия о правах личности (право на обеспечение в случае болезни, неспособности к труду, по старости).

Вторым политически значимым следствием, вытекающим из признания права на достойное человеческое существование, являлась организация профессиональных союзов. «Необходимо, - подчеркивал русский государствовед, - противопоставить состоянию беспомощности союз лиц, сближенных общим положением и при помощи взаимной поддержки укрепляющих друг в друге чувство солидарности и сознание свободы» [377, с.326]. Великая французская революция не только не осуществила этого права, но и формально отрицательно относилась к профсоюзам и ассоциациям рабочих вообще. Причиной этого являлась глубокая антипатия к уродливым формам средневековой корпоративной жизни, построенным на ограниченном начале цеховой замкнутости и исключительности. В условиях свободного предпринимательства, с позитивных позиций характеризуя групповой интерес, П.И.Новгородцев считал необходимым создание профсоюзов для уяснения нужд рабочего класса и более последовательного отстаивания их прав перед государством [377, с.325].

Третье социально-политическое следствие, вытекающее из признания права на достойное человеческое существование, есть обязательное общественное и государственное признание беспомощных лиц и не способных к труду. Эта забота «приобретает юридический характер и становится под охрану права» [377, с.326].

В процессе становления своей позиции по социальному вопросу П.И.Новгородцев пересматривает отношение к ряду постулатов классического либерализма, и в первую очередь к понятиям равенства и свободы. В ряде работ он подробно характеризует эволюционное развитие доктрины индивидуализма. Для XVIII века было присуще рациональное понимание личности. Общечеловеческой сущностью признавалось общее и отвлеченное начало, соотносимое с устойчивыми и повторяющимися процессами природы. Это стало для индивидуалистов родовым определением личности. Такое представление о личности впервые в естественно-правовой философии с особой теоретической четкостью было сформулировано и разработано И.К.Кантом в «Метафизике нравов». Согласно его подходу, подчеркивал русский государствовед, свобода личности заключается в автономии воли, а равенство есть необходимое условие для проявления воли индивида. Применительно к обществу это означало, что свобода есть «независимость от чужой воли», а равенство - «принцип взаимных обязательств». Таков итог, по мнению П.И.Новгородцева, развития политической философии индивидуализма накануне XIX века.

Исходя из подобного подхода, политический идеал XVIII века - принцип народного суверенитета - было легко обосновать: коль скоро общая воля устанавливает законы свободы в государстве, она «разумно-необходима». В этом состоит ее значение как всеобщего и регулятивного принципа, в соответствии с которым частные воли должны сообразовываться с общей волей. Следовательно, законы разума - общая воля -выше свободы частных воль. В соответствии с этим, те, кто избирал определяющим началом свободу, развивали индивидуалистическое направление (Констант, Бентам, Смит), те, кто предпочел идею равенства, склонялись к государственному образу мыслей (Руссо, Гегель, Лассаль, Маркс). Поэтому выход, который мог разрешить антиномию государство - личность и определить путь поиска гармонизации субъект-объектных отношений, был один - в установлении границ деятельности государства.

В либерально-политических учениях XIX века эта граница, согласно П.И.Новгородцеву, понималось следующим образом: критикуя революционную доктрину Руссо в целом и его понимание политической свободы в частности, Констан призывал к созданию сферы свободы граждан, неприкосновенной для государства. Политическая сфера становится сопутствующей, обеспечивающей. Токвиль, считая, что демократия более стремится к равенству, чем к свободе, выступал за ограничение полномочий государственной власти и укрепление личной свободы посредством установления следующих гарантий: представительный строй, разделение властей, развитие общественного мнения, расширение частной собственности, укрепление независимости судебной власти. Политический идеал для Гумбольда, так же, как и для Констана, определялся в «зависимости от индивидуальной основы личности», т.е. от ее оригинальности («своеобразия силы и образования»).

Характеристике взглядов Дж.Милля П.И.Новгородцев уделил значительное внимание как ключевой фигуре классического либерализма. В основе его учения находится личность и ее свобода. Целью общественного развития и совершенствования является самобытное развитие лиц. Средством для этого выступают индивидуальные свойства и разнообразие положений людей. В связи с этим Милль выступал против демократизации как общего уравнительного процесса лиц и за индивидуализацию «через установление конституционных преград» [351, с.735]. Значимость вышеприведенных заключений, замечал русский государствовед, в том, что возможные стеснения личности определены как со стороны государства (Констант, Гумбольд), так и со стороны общества (Токвиль, Милль).

Анализ взглядов предшественников и современных ему представителей идеологии либерализма позволили ему утверждать, что к рубежу XIX - XX в. проявился кризис индивидуалистических тенденций в развитии данной идеологии. Последовательно развивая принцип человеческой свободы, теоретики и идеологи либерализма не заметили того, как стал нарастать объем деструктивных элементов в процессе эволюции данного принципа. Это было обусловлено ростом общественного производства, вызывавшего к жизни ряд уравнительных тенденций, что потребовало, «пока еще не поздно, пока еще много не достает для окончательного торжества этого насильственного уравнивания самобытности», по-новому осмыслить состояние самой идеологии либерализма [375, с.29].

Что же означал принцип свободы с точки зрения нового либерализма? Отвечая на поставленный вопрос русский государствовед указывал, что в новом понимании свобода прежде всего означает свободу творчества, свободу поиска наилучшего употребления способностей и талантов каждого конкретного человека. Как видно из данного определения, индивидуализму пришлось сузить свои требования, ограничив свои политические притязания пределами достижимого и перенеся свои стремления в область личного совершенства [375, с.34].

Но в связи с этим новому либерализму пришлось коренным образом пересмотреть и вопрос о невмешательстве государства в общественные отношения. С точки зрения неолиберализма, от государства требуется не только устранение юридических препятствий к развитию свободы, но и предоставление материальных возможностей для наилучшего проявления свободы. По мнению П.И.Новгородцева, такое понимание свободы подразумевает прежде всего обеспечение каждой личности возможности человеческого существования и освобождение ее от гнета таких условий жизни, которые убивают человека физически и нравственно. То есть, под этим подразумевается то самое право на достойное человеческое существование, о котором русский государствовед писал еще в 1905 г.

Согласно П.И.Новгородцеву, новое понимание свободы есть результат нового восприятия идеи равенства, ибо «если государство призывается на помощь тем, кто сам не имеет средств наилучшим образом устроить свою жизнь, это делается во имя возможного уравнения условий жизненной борьбы». В то же время, подчеркивал он, это уравнение требуется и принципом свободы, потому что только при его поддержке свобода может стать действительной [375, с.36].

Похожие работы