Публикации

Становление социологии как учебной дисциплины в университетах США

 Доклад по истории педагогики на тему: Становление социологии как учебной дисциплины в университетах США. Скачать контрольные, курсовые работы, дипломные и рефераты бесплатно. 

Учитывая актуальность для российского общества проблемы подготовки профессиональных социологов, интересно проследить процесс становления и развития социологического образования в США, опередивших все страны по количеству и качеству подготовки социологических кадров. Обращение к опыту американских социологов может помочь возрождению в России социологии.

Начало систематического социологического образования в США связывается с 1876 г., когда в Йельском университете У. Самнером был прочитан курс лекций по социологии. Собственно говоря, этот курс еще не развивал оригинальной концепции, так как базировался на идеях, позаимствованных его автором из спенсеровской работы «The Study of Sociology». Этот опыт едва не окончился для начинающего популяризатора социологического знания увольнением из университета, поскольку администрация заподозрила его в пропаганде атеизма. Самнеру все же удалось отстоять свои позиции и вернуться на кафедру старейшего американского университета, с которым была связана вся его последующая жизнь.

В 1888 г. его эстафету подхватил Ф. Гиддингс, прочитавший в университете Брин Мор курс по современным теориям социологии. В 1890 г. подобную попытку предпринял в колледже Колби занимавший в нем пост президента А. Смолл. В 1892 г. он был приглашен деканом открывавшегося в Чикагском университете социологического факультета, который стал первым специализированным социологическим факультетом в мировой университетской практике. Смолл занимал пост декана до конца своей жизни, воспитав целое поколение социологов. Здесь им же была основана и первая в мире кафедра социологии. В подготовленном Смоллом уставе социологического факультета задачи социологического образования определялись следующим образом: 1) изложение теории социальных отношений; 2) обучение учителей для колледжей; 3) подготовка социальных работников; 4) работа с аспирантами. Главное внимание при этом уделялось об-щеметодологической подготовке специалистов, которая должна была послужить базой для их последующего участия в разрешении насущных социальных проблем. Значительным вкладом Смолла явилось, таким образом, увязывание педагогических целей с задачами социальной практики, с заботой об усовершенствовании общественной жизни. Надо подчеркнуть, что создание социологического факультета в Чикаго имело особое значение для развития американской социологии и во многом определило направленность ее развития. Этот город стал для социологов той «лабораторией», где, как, пожалуй, нигде в мире, было представлено самое широкое разнообразие типичных для крупного промышленного центра социальных проблем. Быстрая урбанизация Чикаго, его промышленный и коммерческий подъем сопровождались нарастанием экономической эксплуатации, массовыми трудовыми конфликтами, коррупцией в политической сфере.

Вторым после Чикагского университета влиятельным американским центром по подготовке социологов стал Колумбийский университет. Здесь в 1894 г. учреждаются социологический факультет и соответствующая кафедра, для руководства которыми был приглашен Ф. Гиддингс. Нью-Йорк, в котором расположен Колумбийский университет, подобно Чикаго, весьма подходил для того, чтобы послужить «опытным полем» для применения сил по разрешению социальных проблем на основе социологических изысканий и рекомендаций. Многие общественные противоречия проявлялись в городе-гиганте в наиболее обнаженном виде, вызывая массовые движения в защиту социальных прав. Это обстоятельство предопределило специфику преподавания социологии в Колумбийском университете: кроме обязательного общего курса, студенты дополнительно обучались в статистической лаборатории и должны были участвовать в работе благотворительных обществ города. Ф. Гиддингс, подготовивший устав социологического факультета, видел цель социологического образования, как и его чикагские коллеги, в том, чтобы дать знания, «которые будут крайне полезными для будущих священников, журналистов и общественных деятелей, а также для рядовых граждан, которые захотят заняться филантропической или реформаторской работой».

С деятельностью первых двух социологических факультетов, сохранявших лидерство в американской социологии вплоть до 30-х гг. XX в., связывается прежде всего быстрый рост интереса к социологии в академических кругах США. Их деятельность стимулировала распространение социологического образования в большинстве университетов и колледжей страны. Результатом стали заметные успехи в деле стандартизации предмета социологии как учебной дисциплины, подготовки первых профессиональных социологов, обеспечения самого процесса обучения учебной и методической литературой.

Особенно быстро росло влияние социологии в молодых университетах и колледжах. Новая учебная дисциплина с 1893 г. стала преподаваться в университете Иллинойса и Дартмундском колледже, с 1894 г. — в Пенсильванском, Мичиганском, Миннесотском и Северо-Западном университетах, а через 4 года — более чем в 30 вузах. В последующие годы этот процесс шел по нарастающей.

Все это обеспечивало условия для выделения специализированных кафедр как центров по методическому обеспечению преподавания социологии. Социологические факультеты в структуре американских университетов возникли из потребности в подготовке кадров профессиональных социологов и социальных работников.

В начале XX в. в системе американского высшего образования функционировало 20 социологических факультетов. Кроме того, подготовка социологов осуществлялась на гуманитарных факультетах — экономико-социологическом, историко-социологическом, факультетах политической и социальной науки и многих других, специализировавшихся по смежным отраслям знания.

Итак, американское общество оказалось вполне подготовленным к преподаванию социологии как университетской дисциплины. Интересный материал о состоянии преподавания социологии в американских университетах и колледжах в этот период содержат два документа, представляющие собой обстоятельные отчеты. Первый из них был подготовлен в 1902 г. профессором Ф. Толмэном по заданию социологического общества Чикагского университета, второй — в 1909 г. профессором Чикагского университета Л. Бернардом по инициативе «Американского социологического журнала» (инициатива принадлежала А. Смоллу, который возглавил и работу по составлению анкеты для проведения исследования). Оба отчета были опубликованы в полном объеме в журнале. Они продемонстрировали всему социологическому сообществу истинные масштабы распространения социологического образования в США.

Картина действительно выглядела впечатляющей. В результате проведенного анкетного опроса, охватившего основную массу существовавших тогда в США высших учебных заведений, было установлено, что в 1902 г. социология преподавалась в 169 высших учебных заведениях США, а к 1909 г. уже 400 университетов и колледжей предоставляли своим студентам и аспирантам возможность изучать социологию под руководством профессиональных педагогов. В числе последних было 55 полных профессоров по социологии.

Однако эти внушительные количественные показатели не дают цельного представления о тех сдвигах, которые происходили в системе преподавания социологии. Большая заслуга Толмэна и Бернарда состояла в том, что они обратили преимущественное внимание на качественный анализ интересующего нас процесса. Ценной в докладе Толмэна была предпринятая им попытка систематизации социологических курсов, читавшихся в тот период в американских университетах и колледжах. Надо отметить, что в данной им классификации отражалось достаточно широкое понимание американскими социологами предмета своей науки, когда в разряд социологических попадали курсы, имевшие косвенное отношение к социологии. Так, Толмэн квалифицирует как социологические такие дисциплины, как расовая демография, социальная статистика, демократические движения, социальное законодательство, социальная экономика, социальная антропология, социальная история, социальная психология, социальная этика, социальная философия и некоторые другие, что уже само по себе дает основание предположить значительное преувеличение общего количества вузов, уделивших внимание преподаванию социологии. Зато номенклатура остальных курсов может вызвать удивление у современных преподавателей социологии российских вузов; в ней были представлены помимо курсов по общей социологии, методологии и генетической социологии специальные курсы, включая социологию семьи, образования, религии, социальной патологии и др.

Сильной стороной социологической подготовки в США в начале века была ее ориентация на практическую работу, что нашло отражение во введении в ряде университетов специальных дисциплин, посвященных проблемам социального реформирования, социальной филантропии, преступности, труда и рабочего вопроса. Как видно из отчета Толмэна, учебный план отдельных университетов, в том числе Корнеллского, Колумбийского и Висконсинского, предусматривал организацию полевой работы, ориентированной прежде всего на изучение социальных проблем. Лидирующие университеты — Мичиганский, Чикагский, Колумбийский, Миссурийский, Висконсинский, Йельский и ряд других — могли уже тогда предложить своим студентам и аспирантам продвинутые курсы по социологии. Благодаря отчету Толмэна, мы имеем информацию не только о каталоге, но и о содержательной стороне социологических курсов, читавшихся Самнером в Йельском университете, Смоллом в — Чикагском и Гиддингсом — в Колумбийском университетах. Можно только удивляться смелости и глубине подходов, которые характеризовали программные цели каждого из интересующих нас социологов. Даже простой перечень специальных курсов, читавшихся ими, способен дать представление о той огромной роли, которую они сыграли в организации социологического образования и методологической подготовке первого поколения профессиональных социологов в США. Так, Самнер видел свою задачу как преподавателя в теоретическом обобщении конкретных фактов, прежде всего из области этнологии и социальной антропологии. Этнологическим подходом были пронизаны его курсы по таким темам, как «Самосохранение общества», «Ментальный процесс», «Истоки индустриальной организации», «Наука об обществе».

Для Смолла, напротив вузовская программа по социологии наполнялась общетеоретическим и методологическим содержанием, о чем свидетельствовали прочитанные им курсы: «Введение в изучение общества», «Методология социальной проблемы», «Краткий обзор социологической теории», «Этика социологии», «Элементы социальной динамики», «Развитие социологического метода: от Конта до настоящего времени», «Социологическая концепция общества».

Доклад Бернарда явился убедительным свидетельством того, что социология заняла прочные позиции в системе высшего образования. Второе исследование было гораздо более широкомасштабным, чем первое, так как им было охвачено 400 колледжей и университетов, а также около 130 государственных средних школ. В задачу исследования теперь уже входило не только составление каталога общих, специализированных курсов и дисциплин по практической социальной работе, но и получение субъективной информации от самих преподавателей, касающейся прежде всего обсуждения ими таких вопросов, как используемые методы при проведении исследований и чтении лекций, анализ современных тенденций в развитии социологии, их прогноз относительно будущего социологии. Поистине колоссальная работа была проделана исследователями, собравшими информацию об общем количестве читавшихся во всех институтах курсов (в докладе приводится цифра, превышающая тысячу наименований), суммы учебных часов, затраченных нa социологию, численности студентов и аспирантов, обучавшихся социологии с градацией по курсам. Автор отчета указывает, к примеру, что только в Чикагском университете в тот период времени социологии обучалось около 850 студентов и аспирантов. Интересно, что по сравнению с другими социальными дисциплинами социология гораздо чаще читалась как факультативный курс и лидировала среди других социальных дисциплин, представленных в номенклатуре курсов, предлагавшихся для аспирантов. Если оценивать содержательную сторону преподавания, то более распространенными были курсы по общей социологии и социальной технологии. Наибольшей популярностью среди преподавателей пользовались такие методы, как исторический, статистический и психологический. Гораздо более детально, чем в 1902 г., было представлено в отчете 1909г. все разнообразие видов практической работы, проводимой студентами: социальная работа, в том числе с поселенцами, безработными, участие в благотворительности, изучение деятельности местных органов самоуправления, работа с умственно отсталыми детьми и делинквентами. Большинство университетов и колледжей придавали исключительно важное значение подготовке студентов к проведению социальной работы. В Чикагском университете, в частности, к каждому соискателю на докторскую степень предъявлялось требование проведения определенной практической работы.

Общей характеристикой данного этапа вузовского социологического образования было чрезмерное увлечение студентов социальной работой, с которой многие отождествляли саму социологию. Конечно, не все университеты поддерживали интерес студентов к теоретическому изучению филантропии и реформ и практическому участию в разрешении социальных проблем. Последнее напрямую было связано с политической ориентацией профессорско-преподавательского состава. Известно, что самнеровская оппозиция реформам сказалась на общей направленности содержания социологического образования в Йельском университете. В отчете приводились ответы на вопрос, завершавший анкету и касавшийся оценки профессорами-респондентами современной тенденции в развитии социологии. 43 из 110 опрошенных были убеждены в необходимости преимущественного развития прикладной социологии за счет теоретической. Среди тех, кто отстаивал приоритеты теоретической социологии, были Самнер и Гиддингс.

На отчет Л. Бернарда, привлекшего внимание обществоведов к проблемам преподавания социологии, последовали многочисленные отклики-публикации в «Американском социологическом журнале», посвященные конкретному опыту социологического обучения в различных университетах. Особый интерес для нас представляют две статьи, вызвавшие, в свою очередь, широкую дискуссию, в которой приняли участие профессора крупнейших американских учебных институтов. Первая из них принадлежала профессору Браунского университета Д. Дили, обобщившему опыт преподавания социологии в учебном заведении, примечательном для нас в том отношении, что кафедру социологии здесь возглавлял с 1906 г выдающийся американский социолог Л. Уорд.

Понимание предмета социологии в данном университете, согласно Д. Дили, в целом соответствовало уордовской концепции социологии как науки, синтезирующей достижения других наук, посвященных изучению социальных институтов. Социологии вменялось также обеспечение социальной интерпретацией преподавания биологии и психологии. При этом, подчеркивал автор статьи, важно при построении преподаваемого курса доносить до студентов, что социология не сводится к психологии, а та, в свою очередь, к биологии. Настаивая на необходимости материалистической интерпретации социального развития, Дили вместе с тем предупреждал об опасности поверхностных аналогий, почерпнутых из других наук, как это видно на примере закона «естественного отбора».

Д. Дили поставил очень важную проблему борьбы чрезмерной догматизацией преподавании социологии как учебной дисциплины. Актуальными и справедливыми с позиций сегодняшнего дня видятся его предостережения относительно того, что многое из устоявшегося на тот период в науке может устареть по прошествии нескольких лет. Дили вообще далек от понимания социологического учения как состоящего «из одной только чистой правды, не смешанной с ошибками». И, наконец, в статье указывалось, что в Браунском университете социология не отождествлялась с конкретными исследованиями социальных проблем. Для преподавателей данного университета социология представляла собой прежде всего науку о законах и принципах человеческой ассоциации. Добавим, что в полном соответствии с концепцией мелиоризма Л. Уорда обучение студентов строилось на принципах оптимистического отношения к социальным проблемам, в основе которого лежало убеждение в том, что прогресс цивилизации зависит от самого человека и что с помощью научного предвидения общество может реализовать свой собственный путь развития. Для организаторов процесса обучения социологии в университете наиболее важной задачей мыслилось не просто формирование «реформаторов», любимым делом которых стало бы реконструирование общества в соответствии с какой-либо идеальной моделью, а развитие личностного начала в каждом студенте с целью формирования у него чего-то подобного религиозному альтруизму.

Вторая из привлекших внимание публикаций — отчет, подготовленный профессором Колумбийского университета С. Чапиным по опросу, проведенному Комитетом по преподаванию в декабре 1910 г среди 400 американских институтов, в числе которых были университеты, колледжи, теологические школы и государственные педагогические училища.

Организаторы обследования, учитывая опыт отчетов 1902 и 1909 гг., поставили перед своими респондентами более сложную задачу, представить план читаемого(-ых) курса(-ов) с приложением в виде списка книг, рекомендуемых студентам для дополнительного чтения. Было предложено также высказать свои суждения о предмете фундаментального социологического курса, который мог бы стать базой для продвинутых (advanced) курсов.

Из отчета следовало, что в вузах, представивших анкеты, не было единства в понимании предмета: в 56 институтах делали упор на изучение проблем социальной эволюции, в 52 — социальных институтов, в 40 институтах назвали в качестве предмета социологии антропологию, в 37 учебных заведениях — этнологию. В ряде институтов отмечена психологизация предмета социологии (56), сведение его к изучению экономических проблем (40). Значительное число университетов и колледжей делали акцент на практической стороне социологии, связанной с изучением социальных проблем в США, особенно пауперизма, благотворительности, филантропии, преступлений и т. д. Что же касается источников, на которых базировалось изучение социологии, то они, судя по отчету, свелись к учебникам, среди которых самыми популярными были учебные пособия Ф. Гиддингса, Д. Дили, Л. Уорда, К. Райта, Э. Росса, А. Смолла и Д. Винсента, Ч. Кули и Д. Блэкмара.

В своих рекомендациях относительно предмета, который мог бы составить базу для начального курса социологии, профессора-социологи также обнаружили различные позиции; при этом предпочтение было отдано либо исторической социологии (антропологии, этнологии, социальной эволюции), либо психологической социологии.

Приводимые здесь свидетельства быстрого утверждения социологии в системе высшего образования США могут создать представление о беспроблемном ее продвижении, не встречающем никаких препон на своем пути. Однако у этого бурного натиска со стороны новой учебной дисциплины были и свои препятствия, и свои проблемы. Пожалуй, одной из основных проблем было то, что социология утвердилась в университетах и колледжах до того, как был вычленен сам предмет ее изучения, а она была концептуально оформлена, и сложилось более или менее ясное представление о научных методах, которыми она оперирует. Расплывчатость и неопределенность границ предмета науки зачастую выливались, как уже указывалось, в настоящую экспансию социологии в смежные сферы гуманитарного знания и в стремление выдать за социологические и те курсы, которые имели весьма отдаленное отношение к самой социологии.

Большое беспокойство вызывало обнаружившееся в ходе исследования 1909 г. массовое явление, когда слушателями социологических курсов были в основном студенты-выпускники и аспиранты. Такая ситуация, заключал автор доклада, «поддерживалась распространенным предрассудком о принципиальной невозможности заполнить головы незрелых студентов рассуждениями о социальных проблемах».

Тема организации преподавания социологии, внедрения ее в структуру преподавания социальных дисциплин стала предметом обсуждения в «Американском социологическом журнале» в 1907 г. Профессора ведущих американских университетов включались в дискуссию о том, с какими предметами должен сопрягаться курс социологии. Участники обсуждения высказывались о возможности и целесообразности параллельного изучения социологии с такими курсами, как демография, социальная психология, этнография, география, экономика, история, политическая наука, правоведение.

Ситуация с преподаванием социологии усугублялась и тем, что большинство профессоров-социологов на тот момент представляли собой научный маргиналитет, не имевший специального социологического образования. Поскольку в тот период времени дифференциация социологических факультетов находилась на начальной стадии, социология преподавалась, как уже отмечалось выше, на факультетах, специализировавшихся по смежным отраслям социального знания. Поэтому курс социологии зачастую выступал для многих профессоров в роли придатка к их основным несоциологическим дисциплинам. Неудивительно, что такая практика приводила к тому, что их теоретическая подготовка намного уступала энтузиазму, с каким они брались за обучение новой дисциплине. Более того, для многих из них интерес к социологии еще долгое время оставался на полупрофессиональном уровне.

Главной проблемой, с которой сталкивались сами преподаватели, было отсутствие какой-либо методической и теоретической помощи в условиях крайней методологической неразборчивости и запутанности социологических подходов и идей. У. Саммер, отвечая на один из вопросов анкеты 1909 г., откровенно высказал свое опасение по поводу усилившейся тенденции ко все большей спекулятивности и противоречивости социологии. На протяжении первых лет многие профессора за основу лекционных курсов чаще всего брали книги Спенсера, Шеффле, Конта, Липперта и других классиков европейской социологии.

В этих условиях подготовка учебников по социологии сыграла значительную роль в деле стандартизации предмета новой учебной дисциплины. Первым из них было «Введение в социологию» («Introduction to the Study of Sociology», 1894) А. Смолла и Д. Винсента. Кроме этого издания, особой популярностью у студентов пользовались вышедшие в 1898 г. учебники Ф. Гиддингса «Элементы социологии» («Elements of Sociology»), С. Гендерсона «Социальные элементы» («Social Elements»), Д. П. Штукенберга «Введение в социологию» («Introduction to Sociology»). Дело несколько сдвинулось в начале XX в., когда у студентов появилась возможность осваивать социологию еще по пяти учебникам. Это: «Введение в социологию» («Introduction to Sociology», 1901) Фейербанка, «Основы социологии» («Outlines of Sociology», 1902) К. Райта, «Элементы социологии» («Elements of Sociology», 1905) Д. Блэкмара, «Основания социологии» («Foundations of Sociology», 1905) Э. Росса и «Учебник по социологии» («Textbook in Sociology», 1905) Л. Уорда и Д. Дили. Эти учебные пособия отразили многообразие методологических подходов, сложившихся в теоретической социологии США того времени. Эти пособия подготовили почву для последующего издания учебников нового поколения.

Главным итогом развития социологического образования в США стало то, что к 20-м гг. XX в. академическая социология, выросшая на базе университетов, прочно утвердилась в США как особая отрасль знания и как профессия. Сформировались кадры профессиональных социологов, способных осуществлять социальные исследования на основе оригинальных методик и методологий. Были выработаны определенные стандарты социологического исследования, подготовившие почву для складывания в дальнейшем научных школ и направлений в социологии США.

Доверьтесь профессионалам в подготовке к сессии! В образовательном центре «Зачёткин» Вам окажут помощь в написании и оформлении всех видов учебных работ: дипломных, курсовых, рефератов и др. Заказать дипломную работу можно перейдя по ссылке. Гарантия качества подтверждается положительными отзывами и стопроцентым допуском к защите работы.

Похожие работы