Публикации
Мы ВКонтакте

Положение белорусской деревни после отмены крепостного права

 В курсовой работе поставлены следующие цели и задачи: показать социально-экономические последствия реформы 1861г. в белорусской деревне; выявить как положительные, так и отрицательные моменты преобразований в сельском хозяйстве. 

План

Введение

1. Категории крестьян и их положение после отмены крепостного права

2. Крестьянская община после реформы 1861 года

3. Землевладение и землепользование в беларуси после отмены крепостного права
3.1. Крестьянское надельное землепользование
3.2. Покупка земли
3.3. Аренда

4. Сельскохозяйственная техника и системы земледелия
4.1. Земледельческие орудия и машины
4.2. Системы земледелия

Заключение
Список использованной литературы

Введение

В истории Российской империи отмена крепостного права является одним из значительных преобразований XIX века. Проблема реформ и экономических преобразований России XIX века сложна и противоречива. Трудность в изучении этого вопроса состоит в том, что в настоящий момент выпущено мало публикаций по положению белорусской деревни после отмены крепостного права, а те монографии и учебники, издававшиеся в советский период, содержат однобокую позицию и рассматривают эту проблему под идеологическим влиянием классиков марксизма-ленинизма.

В курсовой работе поставлены следующие цели и задачи:

  • показать социально-экономические последствия реформы 1861г. в белорусской деревне;
  • выявить как положительные, так и отрицательные моменты преобразований в сельском хозяйстве;
  • рассмотреть и проанализировать особенности отмены крепостного права в Беларуси;
  • постараться осветить данный вопрос как можно объективнее, без идеологических предрассудков.

Основой курсового проекта послужили работы Панютич В. В. «Социально-экономическое развитие белорусской деревни в 1861-1990 гг.», Липинского Л. П. «Развитие капитализма в сельском хозяйстве Белоруссии (II половина XIX века)», Фридмана М. Б. «Отмена крепостного права в Белоруссии», Кожушкова А. Н. «Развитие капитализма в сельском хозяйстве Белоруссии во второй половине XIX в.», Верещагина П. Д. «Крестьянские переселения из Белоруссии (вторая половина XIX в.)» и др. В работе использовались монографии Бейлькина Х. Ю. Панютич В. В. опубликованные в журналах «Беларускi гiстарычны часопiс» и «Весцi НАН Беларусi».

1. КАТЕГОРИИ КРЕСТЬЯН И ИХ ПОЛОЖЕНИЕ ПОСЛЕ ОТМЕНЫ КРЕПОСТНОГО ПРАВА

После отмены крепостного права крестьянство по-прежнему разделялось на ряд категорий, сохранившихся от феодальной эпохи. Освобождение частновладельческих крестьян от крепостной зависимости и перевод временнообязанных крестьян Белоруссии и Литвы в разряд собственников поставили на очередь дня вопрос о поземельном устройстве остальных групп сельского населения, живших в северозападных губерниях [14; с. 177].

По относительным размерам помещичьей поземельной собственности в исследуемый период Белоруссия занимала первое место в Европейской России. Помещичьи крестьяне были крепостными, т. е. прикрепленными к земле, собственностью помещиков. За предоставленные помещиком наделы они облагались феодальной земельной рентой — отработочной (барщина), продуктовой («данина») и денежной (денежный оброк). В белорусской помещичьей деревне господствовала отработочная рента. К концу 50-х годов 97% помещичьих крестьян были барщинными. Этот фактор тормозил разложение феодально-крепостнических и развитие капиталистических отношений как в фольварочном (барском), так и в крестьянском хозяйстве.

Поиезуитские «первые» — крестьяне имений, принадлежавших ранее Ордену иезуитов и после ликвидации его перешедших в 1775 г. в государственную казну. Эти имения были розданы дворянам с условием ежегодной уплаты государству 4,5% доходов имений. Позже эта сумма была увеличена до 6%. Царское правительство не имело права производить так называемую люстрацию, т. е. поверку земель с целью определения их доходности, и пересматривать указанные платежи. Правительство могло передать имение другому лицу лишь в случае неисправной уплаты причитавшихся процентов. Лепные крестьяне—крестьяне бывших государственных имений, пожалованных во времена Речи Посполитой в потомственное (по мужской линии) владение разным лицам за военную службу. Царизм также оставил их в руках прежних владельцев без права раздела.

Следовательно, в отношении поиезуитских «первых» имений за казной сохранялось лишь право контроля за исправностью внесения государственных платежей, а ленных—наблюдения над неделимостью. К тому же по отношению к владельцам крестьяне всех этих имений находились на общем помещичьем праве. При проведении инвентарной реформы в западных губерниях в середине 40–50-х годов XIX в. обязательные инвентари в поиезуитских «первых» и ленных имениях вводились так же, как и в помещичьих. Наконец, условия освобождения поиезуитских «первых» и ленных крестьян от крепостной зависимости, прекращения обязательных отношений с владельцами были те же, что и помещичьих крестьян. Исходя из сказанного выше, поиезуитские «первые» и лепные имения по существу являлись частновладельческими. Министерство государственных имуществ также не считало их собственностью казны, указывая, что они состояли лишь под наблюденном правительства. В начале 70-х годов в ленных имениях русских помещиков земля, за вычетом крестьянских наделов, стала их полной собственностью, а сами имения были исключены из числа ленных. Аналогичные земельные владения польских помещиков продолжали оставаться на ленном праве. Поиезуитские «первые» и ленные крестьяне проживали на западе и в центре Белоруссии.

С отменой крепостного права частновладельческие крестьяне под воздействием восстания 1863 г. в Литве и Белоруссии и крестьянского движения в ответ на реформу правительственными указами от 1 марта и 2 ноября 1863 г. были переведены на обязательный выкуп.
После помещичьих крестьян второй по численности категорией крестьянского населения Белоруссии были государственные, или казённые, крстьяне. В 5 северо-западных губерниях их проживало 390795 ревизских душ [15; с. 33]. В конце 50-х годов XIX они составляли почти 1/5 крестьянского населения (в целом по Европейской России этот показатель был намного выше—48,2%). Имелось 6919 селений государственных крестьян, в которых числилось 62,6 тыс. дворов, Казенной землей было наделено 227,3 тыс. (95%) ревизских душ, на собственных землях водворено 8,2 тыс. (3,4%); 0,7 тыс. (0,3%) крестьян мужского пола жили на частновладельческих землях. В пользовании крестьянства государственной деревни Белоруссии находилось 1262,9 тыс. дес. удобной казенной земли, что составляло 45,2% казенного землевладения. Подавляющее большинство государственных крестьян проживало на западе и севере рассматриваемого региона. По сведениям 10-й ревизии, в белорусских уездах Гродненской губ. их имелось 135 139 душ обоего пола, или 32,2% крестьянского населения, Витебской — 79216 (29,9%), Виленской — 84 442 (24,5%). Разновидностью государственных крестьян являлись также поиезуитские «вторые» — крестьяне имений Ордена иезуитов в восточной части Белоруссии, после ликвидации его перешедших в распоряжение казны.

Как и повсюду в России, государственные крестьяне Белоруссии платили государству феодальную ренту в виде денежного оброка заменившего барщину в 1844–1857 гг. Поземельную оброчную подать в 1858 г. обязаны были вносить 226,8 тыс. (94,6%) ревизских душ государственных крестьян. Они занимали промежуточное положение между помещичьими крепостными и свободными людьми. Государственные крестьяне признавались субъектами гражданского и публичного права и в то же время целиком зависели от феодального государства, подвергались феодальной эксплуатации с его стороны. Они были лично свободными, по собственному усмотрению распоряжались своей рабочей силой. Но крепостничество отражалось и на положении государственных крестьян. Они обязаны были беспрекословно подчиняться полиции и государственным чиновникам. Могли быть подарены дворянам вместе с казенными землями, на которых проживали. Правовое положение государственных крестьян являлось непрочным. Законом от 16 мая 1867 г. они переводились на обязательный выкуп и причислялись к разряду «крестьян-собственников».

Отдельную категорию крепостных крестьян представляли собой удельные крестьяне, прикрепленные к имениям царской фамилии. Они занимали промежуточное положение между помещичьим и казенным крестьянством, по сравнению с первым пользовались относительно большей свободой. Удельные крестьяне платили поземельный денежный оброк. В конце 50-х годов XIX в. они были освобождены от крепостной зависимости. Удельные крестьяне проживали в восточных уездах. В связи с массовым крестьянским движением и восстанием в Королевстве Польском, Литве и Белоруссии царское правительство вынуждено было указом от 26 июня 1863 г. всех удельных крестьян перевести на обязательный выкуп.

Накануне отмены крепостного права небольшое количество крестьян принадлежало религиозным организациям. Как известно, в результате секуляризации большинства монастырских и церковных владений западных губерний в начале 30-х и 40-х годов XIX в. основная масса крестьян, принадлежавших церквам и монастырям, перешла в ведение казны, т. е. стала государственными. К концу 50-х годов право владения крепостными сохраняли только некоторые монастыри и церкви бывшего Базилианского униатского ордена, воссоединенные с православной церковью. Они имелись во всех регионах Белоруссии. В церковных и монастырских владениях на западе Белоруссии преобладала отработочная форма ренты (барщина), на востоке же в одних из них практиковалась большей частью денежная рента (чинш), в других — отработочная.

Сословную группу крестьянского населения западных губерний составляли вольные люди. Они были лично свободными, имели право перехода из одного места в другое, но обязаны были платить подушный оброк или отрабатывать за землю. Сословие вольных людей формировалось в эпоху феодализма преимущественно из коренного населения — лично свободных крестьян различных категорий, мелкой шляхты и в небольшом количестве за счет русских старообрядцев, переселенцев из Австрии, Пруссии и других стран. К середине XIX в. большинство их было закрепощено помещиками. В 1858 г. в Минской, белорусских уездах Виленской и Гродненской губерний 63,5% вольных людей жило на помещичьей земле, 16,4% — на казенной, 20,1% — на собственной . По Могилевской губ. вольных людей не отмечено в источниках середины XIX в. вплоть до второй половины 60-х годов, но в последний период отчеты губернатора фиксируют их в количестве от 850 до 1,5 тыс. душ обоего пола. Подавляющее большинство вольных людей Белоруссии поселилось в центральных и западных уездах [1; с. 199]

Ко времени отмены крепостного права в результате массового обезземеления крестьянства численность вольных людей значительно возросла, составив в Литве и Белоруссии около 100 тыс. ревизских душ. Основная масса их проживала в Литве. Местные «Положения» о вольных людях даже не упоминают. Массовое обезземеление крестьянства привело к усилению крестьянского движения, в том числе борьбы вольных людей за землю. Под влиянием ее 21 сентября 1861 г. был издан закон, согласно которому прекращался разбор дел о признании крепостных вольными людьми, запрещалось сгонять их с земли. Наличие массы обезземеленных вольных людей, их борьба за землю, восстание 1863 г. в Литве и Белоруссии вынудили царизм 25 июля 1864 г. опубликовать указ об их поземельном устройстве. Вольные люди, проживавшие на помещичьих землях западных губерний, причислялись к крестьянскому сословию. Обезземеленные помещиками после 20 ноября 1857 г. (вольные люди 1-го разряда) наделялись землей с правом выкупа ее наравне с бывшими помещичьими крестьянами, лишенные земельных наделов до этого срока (вольные люди 2-го разряда) оставались в течение 12 лет на положении арендаторов. По окончании срока аренды помещик имел право выселить их из имения. Выкуп земли или заключение нового арендного соглашения всецело зависели от воли земельного собственника. В результате борьбы вольных людей 2-го разряда за землю царское правительство вынуждено было им также предоставить право выкупа. По закону от 3 июня 1882 г. в Виленской, Гродненской и Ковенской губерниях вольные люди 2-го разряда могли в течение 3 лет выкупить земельные участки, которые непрерывно арендовали с 1864 г., или заключить новые арендные контракты на 6 лет.

В 50–70-е годы XIX в. царизм продолжал политику насаждения еврейских поселений на государственных землях «черты оседлости». Однако эта политика потерпела неудачу. Как и ранее, еврейское население обрабатывало лишь часть земельных наделов. Многие поселенцы ходатайствовали о причислении их опять к мещанам, часто самовольно оставляли землю [6; с. 215].

Подтверждением краха насаждения еврейских земледельческих колоний на западной окраине Российской империи является политика царского правительства в отношении еврейского земледельческого населения в пореформенный период. В середине первого пореформенного десятилетия были отменены особые постановления второй половины 30-х— начала 50-х годов, облегчавшие переход части евреев к земледелию. При поселении они лишались ранее предоставленных льгот (наделение казенными земельными участками, освобождение на длительный срок от рекрутских и других повинностей, денежные и натуральные пособия). Юридическое положение евреев-земледельцев стало определяться общим законодательством. Им разрешено, было переходить в другие податные сословия с рассрочкой казенных платежей и долгов помещикам. В середине 60-х . годов XIX в. в сельской местности Белоруссии, Литвы и Правобережной Украины евреи были лишены права приобретения земельной собственности. Им разрешалось только арендовать и принимать в залог частновладельческие земли, унаследованные их владельцами или приобретенные ими в общеустановленном порядке, без льгот. Законом от 3 мая 1882 г. евреям «черты оседлости» запрещалось селиться вне городов и местечек, исключая ранее основанные земледельческие поселения. Здесь еврейское население лишалось права арендовать, принимать в залог и управление недвижимое имущество, в том числе земельное, всех видов. В сельской местности ему по-прежнему не разрешалось покупать землю. В первые годы XX в. под влиянием революционного движения в России царизм был вынужден смягчить названные ограничения. Еврейское население получило разрешение проживать во многих сельских поселениях «черты оседлости», приобретать там участки и свободно распоряжаться ими. Остальные законодательные ограничения, касавшиеся переселения евреев, еврейского землевладения и землепользования, сохранялись до Октябрьской революции.

В Белоруссии после реформы 1861 длительное время сохранялись также сословные группы арендаторов-единоверцев и старообрядцев, православных арендаторов, чиншевиков. До реформы единоверцы и старообрядцы представляли собой лично свободных арендаторов, снимавших помещичью землю большей частью за денежную плату [6; с. 67-68].

В Белоруссии большинство единоверцев и старообрядцев проживало в восточных уездах. Среди них сложилась значительная прослойка зажиточных крестьян. Восстание 1863 г. в Литве и Белоруссии старообрядцы встретили враждебно. Учитывая это обстоятельство, М. Н. Муравьев циркуляром от 17 июня 1863 г. запретил сгонять их с арендуемых земельных участков даже по окончании срока аренды. Однако уже с начала 70-х годов XIX в. виленская администрация с ведома Министерства внутренних дел отменила названный циркуляр. С этого времени старообрядцы могли арендовать землю лишь на основе добровольных соглашений с помещиками. Согласно закону от 22 мая 1876 г., часть единоверцев и старообрядцев западных губерний пользовалась правом бессрочной аренды земли. Выкуп ее мог производиться по добровольному соглашению сторон или по требованию помещика. Право выкупить землю по добровольному соглашению сторон или по требованию помещика получили 9412 (60,5%) душ старообрядцев. При отказе от выкупа по требованию землевладельца арендатор обязан был оставить земельный участок в годичный срок. Единоверцы и старообрядцы-мещане, перешедшие на выкуп, причислялись к крестьянскому сословию. Право обязательного выкупа земли на указанных выше условиях часть единоверцев и старообрядцев Западного края получила по закону от 4 июня 1901 г. [11; с.46].

Отдельную категорию крестьян западных губерний составляли арендаторы православного исповедания, выходцы из различных сословных групп сельского населения (помещичьих и государственных крестьян, дворовых, отставных солдат и др.). Перед отменой крепостного права они были лично свободными и проживали на помещичьих землях, арендуя, главным образом за денежную плату, чаще всего небольшие (до 10 дес.) земельные участки. По данным Государственного совета, в Минской, Витебской, Могилевской и Ковенской губерниях имелось 2207 дворов православных арендаторов, в которых числилось 5597 душ мужского пола, арендовавших 18,2 тыс. дес. земли. Из них 4470 (79,2%) душ в составе 1854 (84%) дворов жили в Минской губ. 1341 домохозяин здесь поселился в местечках Копыль, Песочно, Давид-Городок и Петриков. Основная масса православных арендаторов, как и старообрядцев, была приписана к сословию мещан. Однако главным занятием их являлось земледелие, фактически они были крестьянами. Согласно закону от 19 января 1893 г., православным арендаторам, поселившимся на помещичьих землях западных губерний до отмены крепостного права, предоставлялось право выкупа земельных угодий, но в названных выше местечках он допускался только по добровольному соглашению сторон. Выкуп разрешался в течение 3 лет со дня издания указанного закона при условии окончания срока действия арендных контрактов. Арендаторы, не пожелали за это время воспользоваться указанным правом, è âûíóæäåíы были оставить земельные участки на годичный срок.

Реформа 1861 г. не привела к ликвидации чиншевых поземельных отношений в западных губерниях. Местные «Положения» их, как и вольных людей, даже не упоминают. Помещики продолжали изгонять сельских чиншевиков с земли и в пореформенный период. Борьба чиншевиков за свои права заставила царское правительство провести чиншевую реформу. Законом от 9 июня 1886 г. в сельской местности Белоруссии, Литвы и Правобережной Украины чиншевые поземельные отношения упразднялись. Чиншевиков переводили на обязательный выкуп. Для доказательства права наследственной аренды земли они должны были представить определенные документы. Чиншевики, доказавшие свои арендные права на занимаемые ими земельные участки, по добровольному соглашению с помещиком могли в течение 3 лет выкупить их или заменить чиншевое держание простой арендой. Чиншевики-мещане, перешедшие на выкуп, приписывались к волостям. Чиншевых прав лишались арендаторы, не имевшие документов или не предъявившие свидетельских показаний на пользование землей, а также чиншевики, пользовавшиеся ею лишь в течение последних 10 лет до реформы 1886г.

В послереформенной Белоруссии эпохи капитализма, как и во всей России, крестьяне по-прежнему составляли подавляющее большинство населения. К концу XIX в. на их долю приходилось более 3/4 народонаселения (в среднем по Европейской России удельный вес их был выше — 84,2%). В Белоруссии заметно ниже (около 72%) этот показатель был лишь В Минской губ., что объяснялось наличием здесь большей прослойки мещан и дворянства, которые в 1897 г. в отмеченной губернии составляли соответственно 23,6 и 3,6% населения (по Белоруссии в целом 20 и 2,7%).

В 1897 г. женщины составляли 49,85% крестьянского населения Белоруссии, мужчины—50,15% (в Европейской России—соответственно 50,97 и 49,03%). Удельный вес женщин-крестьянок наиболее высоким был в Могилевской губ. — 50,69%, самым низким — в белорусских уездах Гродненской губ.— 48,1 %. К концу XIX в. в Белоруссии лица трудоспособного возраста (мужчины от 18 до 60 лет, женщины от 16 до 55 лет) среди всего сельского населения составляли 45,8% (в Европейской России—46,8%). Наибольшей величина этого показателя была в белорусских .уездах Гродненской губ. (48%), наименьшей — в Могилевской губ. (43,9%). Примерно такой же была доля работоспособного населения среди крестьян, составлявших подавляющее большинство (82,8%) сельского народонаселения[9; с. 23-24].

Основная масса крестьян была занята в сельскохозяйственном производстве. По данным переписи населения 1897 г., 83,8% сельского народонаселения Белоруссии, включая членов семей, назвали основным занятием земледелие и животноводство (в Европейской России — 84,1%). Самый высокий удельный вес такого народонаселения отмечен в белорусских уездах Витебской губ. (86,6%), наиболее низкий — в белорусских уездах Гродненской губ. (81,5%). У крестьян этот показатель был еще выше. Однако нельзя забывать, что наиболее многочисленная прослойка крестьянства — крестьянская беднота средства к жизни получала большей частью или наполовину от различного рода «побочных заработков».

В рассматриваемый период крестьянское население Белоруссии увеличилось в два с лишним раза. Темпы прироста его были выше, чем городского населения.

Таблица 1. Национальный состав крестьянского населения Белоруссии, 1897 г.

Тыс. чел. %
Белорусы 4382,8 88,32
Украинцы 303,1 6,11
Русские 156,9 3,1
Поляки 47,0 0,95
Литовцы 33,9 0,68
Евреи 16,9 0,34
Латыши 11,2 0,23
Татары 2,6 0,05
Немцы 2,5 0,05
Остальные 5,6 0,11
Итого 4962,5 100,0

Национальный состав населения Белоруссии был далеко не однозначным. С 1864 по 1897 г. в 5 западных губерниях численность белорусов увеличилась на 93,8%, русских — на 247,9, украинцев — на 97,8, евреев — на 159,5, латышей—на 64,1, немцев—на 198,7, татар—на 52,5%. Численность поляков и литовцев оставалась почти на прежнем уровне (рост соответственно на 0,4 и 4,2%). Динамика населения в национальном плане определялась как его естественным приростом, так и механическим перемещением в европейской части страны и за ее пределами.
Как видно из таблицы 1, подавляющее большинство крестьян Белоруссии составляли белорусы. Они значительно преобладали в большинстве регионов. Лишь в белорусских уездах Гродненской губ. средний удельный вес их (60,1%) был намного меньшим, чем в других регионах. В южной части се большинство крестьян по переписи 1897 г. назвали себя украинцами. Заметную долю крестьянского населения составляли русские, меньше — поляки. Они имелись во всех регионах, но первых больше всего (8,2% общего числа крестьян) было в белорусских уездах Витебской губ. (старообрядцы и единоверцы), вторых — в белорусских уездах Гродненской губ. (1,6%) и в Минской (1,2%) губ. Литовцы жили главным образом в белорусских уездах Виленской губ. (3,8%). Около половины крестьян-латышей в Белоруссии приходилось на белорусские уезды Витебской губ. (1% всех крестьян), но крупные колонии их имелись также в Могилевской (0,29%) и Минской (0,1%) губерниях. Крестьяне-татары проживали преимущественно в Минской губ. Евреи-земледельцы и немцы-колонисты встречались во всех регионах [14; с. 88-89].

Узнай стоимость написания твоей работы
Бесплатно
Оформите заказ и авторы начнут откликаться уже через 10 минут

Похожие работы